волосы, собранные в пучок на затылке. А в постели, она, конечно, преображалась. Артистка! Поэтому показывала мне свои танцевальные па, задирала высоко ноги, кружилась в фуэте.
Я в это время голышом лежал в постели и любовался моей славной поебушечкой. И снова делал фотоснимки.
И как, думал я, у её мужа на неё не стоит? Наверно, не сосёт ему, оттого и не стоит. Приходится заводить любовников.
В тот вечер она сидела у меня на лице, ёрзая влагалищем по носу и губам. Я тщательно вылизывал эту сладкую сучку, хватал ртом её половые губы, крутил языком в повлажневшем тоннеле, который ведёт в матку, старался воткнуть в анус кончик языка.
В эти минуты она тоже нащёлкала разных фотоснимков. Показала мне. И сказала, что это будет её самая сладкая и величайшая тайна.
Плохо то, что ее муж однажды случайно обнаружил эти фотоснимки. Наверно, побил её.
Альбинушка написала мне, что следующим летом или осенью мы вряд ли сможем с нею увидеться.
Десять писем. Часть I. Письмо второе