в моем доме и с моей женой. Я выбил из него все дерьмо. Я все еще надирал ему задницу, пока он пытался залезть в штаны. Она вызвала копов. Если бы она хорошенько подумала, то не стала бы этого делать, потому что тогда это стало бы достоянием общественности. У него была разбита губа, фингал, глубокая рана над бровью, на которую пришлось наложить несколько швов, ушибы ребер и боль в заднице от ударов ногами. Я пытался разбить его яйца, но, видимо, они были такими маленькими, что я не смог их найти.
Полицейский хотел получить заявление, но парень не захотел выдвигать обвинения. Вероятно, он не хотел объяснять это своей жене. У меня было несколько царапин, но я определенно одержал над ним верх. Я ушел с фермы, потому что моя бензопила перестала резать, и мне нужна была новая цепь. Полицейский посмотрел на меня в комбинезоне с фланелевой рубашкой и спросил, чем я зарабатываю на жизнь.
— Я бухгалтер.
Ему было трудно в это поверить, пока я не дал ему визитную карточку, имя на которой совпадало с моим удостоверением личности. Он ухмыльнулся. - Думаю, тогда ему повезло. Одному богу известно, что могло бы с ним случиться, если бы ты был врачом или юристом. Ты можешь заняться моими налогами?
За дом было заплачено, но он мне никогда по-настоящему не нравился, поэтому я съехал. Она могла бы забрать его при разводе. Я подумал, что мне придется выплачивать большие алименты, и я мог бы использовать их, чтобы минимизировать ущерб. Мой бизнес приносил мне неплохую зарплату. Она не могла к этому прикоснуться. У меня был брачный контракт, защищавший это, поскольку в то время у меня был партнер. Затем он решил, что ему нравится женщина, которая не была его женой, и ему пришлось довольно внезапно уйти. Его жена вцепилась в него, как клещ, и пыталась высосать из него все соки, и ему пришлось продать свою половину мне, чтобы начать новую жизнь где-нибудь далеко отсюда. Он забрал женщину с собой. Они поженились, а затем, два года спустя, она вернулась без него и не хотела говорить об этом.
Джанет довольно скоро осознала свою ошибку. Она не платила за жилье, но ей все еще нужно было оплачивать коммунальные услуги, страховку, бензин и продукты, а ее зарплаты едва хватало на это. Она пыталась возместить ущерб. Она хотела вернуть меня к психологическому консультанту и пришла в ярость, когда я отказался. - Я пойду, если суд прикажет, и ни минутой раньше.
Я нашел уютную маленькую квартирку и перевез все, что у меня было, на склад. Наступила осень, и я проводил свободное время, рубя дрова и помогая своему брату. Мы все обсудили, и он пообещал помочь мне нарубить бревен для моей хижины, когда закончится его сезон. Однажды мы даже отправились прогуляться по лесу, отмечая те, которые я хотел срубить. Я хотел двухэтажный дом с главной спальней внизу и двумя спальнями наверху, в каждой из которых была ванная. Даже при том, что древесина доставалась бесплатно, за исключением небольшого количества рабочей силы, строительство все равно обходилось в сумму, превышающую сотню тысяч.
Дождь лил шесть дней, затопив мой ручей. Когда вода спала, я обошел его и обнаружил, что поперек него упал массивный дуб, верхняя половина которого упала на мою сторону. Парень с другой стороны много лет дружил с нашей семьей, и мы пришли к взаимопониманию. Если дерево падало на мою сторону, я его срезал. Если что-то из моих деревьев падало на его строну, это была его добыча.
На реке.