Алёна устроилась так, что её голова легла на его бедро, а одна рука привычно легла ему на живот. Он провёл пальцами по её волосам, чуть приобнял за плечи.
Семён тяжело дышал на другом краю кровати. Несколько минут никто не говорил ни слова. В комнате слышалось только их общее, сбивчивое дыхание, да где-то за окном стрекотал ночной сверчок.
Мой любимый