Терри и принялась усердно рыться в его штанах. Глаза Терри остекленели, когда она ласкала его вялый член. Наконец, она сказала: - Да, там нет нижнего белья. Только большая бита для крикета и два мяча. Может, поиграем позже. - Она протянула руку и застегнула на нем молнию, стараясь не задеть какие-нибудь нежные места и не зацепить волосы на лобке.
В семь двадцать мы уже сидели в лимузине перед отелем и вышли из него на красную дорожку ровно в семь тридцать, по расписанию. Как и на большинстве наших остановок, тысячи камер со вспышками запечатлели наше прибытие, наши позы друг с другом в различных сочетаниях на ковровой дорожке, а затем наши выступления с различными интервьюерами из развлекательных репортажных шоу на телевидении для различных европейских телеканалов.
Терри, Хелен, Марго и Генри стояли на заднем плане, следя за тем, чтобы все шло по расписанию. Мы должны были занять свои места на сеансе ровно в семь пятьдесят пять. Фильм был представлен вместе с Кристал и Джорджем ровно в восемь часов. Они оба встали под бурные аплодисменты. Все прошло по расписанию.
Я заснул вскоре после начала фильма. Если бы я не спал, то посмотрел бы его в восьмой раз. В следующее мгновение Кристал ткнула меня пальцем в ребра: - Просыпайся. Фильм закончится через две минуты. - Я резко проснулся и притворился бдительным и внимательным, возвращаясь мыслями к событиям вечера. Я посмотрел мимо Кристал на сидения и увидел, что Джилл тоже разбудила спящего Джорджа. На экране Кристал и Джордж целовались в "и с тех пор они жили долго и счастливо", а потом повернулись и пошли по залитой дождем проселочной дороге где-то в долине Луары. Конец. Фильм окончен. Зрители бурно зааплодировали, отчасти потому, что большая часть фильма была снята в Париже.
После того, как ведущий снова представил нас, Кристал и Джордж встали, произнесли несколько слов в беспроводной микрофон к восторгу публики, а затем вместе с другими тремя сотнями посетителей отправились на роскошную коктейльную вечеринку, организованную Sony. Не говоря по-французски, я пропустил мимо ушей примерно семь восьмых разговоров, которые велись вокруг меня. Люди были вежливы, особенно красивые француженки, которые хотели познакомиться со мной и чтобы я поцеловал их в обе щеки. Некоторые из них были одеты более вызывающе, чем кто-либо из моей компании, включая даже Марго, которая мгновенно стала хитом среди полудюжины французов, у которых, казалось, вывалились языки изо рта.
Будучи мужчиной, который думает о сексе каждые тридцать секунд, мне было трудно не оценить каждую из красивых женщин как партнершу в постели. Одна невысокая женщина убедилась, что я стою над ней и смотрю вниз, когда она целенаправленно приподняла перед платья, чтобы я мог увидеть ее обнаженную грудь. Если бы кто-то не находился поблизости, я бы подумал, что она слегка поправляет складку на своем топе. Она застенчиво улыбнулась мне. Я рассмеялся и произнес одну из немногих известных мне французских фраз: - Спасибо, мадемуазель. - Затем я поблагодарил ее по-английски за нашу беседу и за то, что она позволила мне "так часто видеться с ней" на этом оживленном мероприятии. Она рассмеялась и ушла довольная, после того как я запечатлел на ее губах страстный поцелуй. Теперь у меня в штанах была заметная шишка, и, поскольку я был без трусов, было меньше ткани, чтобы скрыть мое затруднительное положение.
Кристал, в некотором роде, спасла меня. Она увидела это столкновение и подошла ко мне секундой позже, прежде чем кто-либо другой успел схватить меня за шиворот. - Эта симпатичная мадемуазель показала тебе свои
Затворная летопись инокини Проклы. Глава восьмая.