За..ик..зая, поехали домой- услышала она за спиной пьяный голос мужа.
Спустя неделю, она и еще пару девченок остались сверхурочно поработать, муж ушел с мужиками пить пиво, а вскоре и оставшиеся коллеги засобирались домой. Ближе к вечеру, она заметила свет в кабинете Петровича. Когда станок выплюнул последнюю деталь, она прибрав рабочее место, отправилась к начальнику, сказать что заказ на работу выполнен в полном объеме. Петрович сидел нахмурив брови, вглядывался в россыпь бумаг на своем столе.
Тяжелый день, Виктор Петрович ? - бодро спросила она
Как и любой другой, на нашем предприятии- захлопнув папку с документами ответил Петрович- а не попить ли нам чайку? -Предложил он.
Налив полные кружки ароматного чая, поставив перед ней блюдце с печеньем, Петрович расспрашивал её о работе, о доме, о семье. Ей было легко открыться этому мужчине и она рассказывала всё, про родителей, про то что бывший был козел, про то что нынешний нормальный, но бестолковый. Бодрое настроение сменилось грустью, глаза её стали намокать. Петрович обойдя стол, присел с ней рядом, положив руку на колено, он пытался как то успокоить девушку. Неожиданно для себя, она потянулась к нему с поцелуем, но вовремя остановившись, извинилась и попыталась встать, но Петрович, остановил её, взяв за подбородок, он смотрел ей прямо в глаза, медленно приближаясь,
Ты очень красивая- сказал он и впился в её губы поцелуем. Ксюша задрожала, отвечая на этот поцелуй, но опомнившись оттолкнула его.
Нет! - она вскочила со стула.
Петрович встал следом, надвигаясь на нее как гора. Она уперлась попой в край стола и он снова прильнул к её губам. Она хотела остановить это, но не могла. Тело её продолжало дрожать, ноги подкашивались, Виктор Петрович целовал её властно, с языком. Она вцепилась руками в край стола, когда руки Петровича стали гулять по её телу.
Виктор Петрович, не надо, я замужем- взмолилась она, когда он расстегивал пуговицы на её спецовке.
Она не надевала под нее футболку, поэтому, справившись с последней пуговицей, взору Петровича предстала шикарная грудь третьего размера закованная в обычный черный лифчик. « Как же им там тесно» подумал Петрович и поэтому, под слабые возгласы несогласия, по очереди достал их из лифчика.
Она взвизгнула, когда он сжал пальцами её соски, еще сильней вцепившись в край стола руками.
Петрович тем временем, мял в руках её упругие груди, а после, начал осыпать их поцелуями. По очереди брал соски в рот, слегка прикусывая и лаская их языком.
Ксюша как будто тонула в этом омуте удовольствия, закатывая глаза, она начинала постанывать, но цепкая рука совести, вытаскивала её из этих сладких вод, возвращая к реальности, тогда она открывала глаза и пыталась остановить его, но новые волны наслаждения уносили её обратно.
Когда она почувствовала, что одна его рука поползла вниз, расстегивая пуговицы на штанах спецовки, и проникает под резинку трусиков, она наконец отпустила стол, который до этого сжимала так, что пальцы начало сводить, вцепилась в его руку
Виктор Петрович, пожалуйста, не надо- молила она его тяжело дыша
Ты вся мокрая- спокойно отвечал Петрович, уже успев засунуть в её мокрую киску палец
— Нет, нет...
Стянув с нее ботинок и одну штанину, он посадил её на свой рабочий стол, целуя в губы он как бы давил, заставляя её лечь на спину. Сдвинув трусики в сторону, он умело работал в её киске пальцами, от чего Ксюша прогибалась в спине от удовольствия, и перебиваемая собственными стонами, говорила, что им нельзя, что она замужем и муж ждет дома и вообще она не такая и ни чего не хочет.
Твоя экзекуция. На пути к разврату