Ее движения были монотонными, но отточенными. Я не мог поверить в то, что видел, в то, что там происходило. Как же я допустил такое. Почему это произошло именно с нами. Я винил себя, винил во всем, что делал или не сделал. Мой ангелочек, моя самая любимая женщина, держала во рту член совершенно незнакомого, грязного мужчину. Я заметил, как она при опускании головы начала загибать ее в сторону, как будто облизывая член по стволу, языком скользя по его длине. От этого Митяй еще сильнее расплылся в довольной улыбке. И да, это было то, чего я не хотел признавать. Моя Вика не просто делала минет по принуждению. Она старалась. Она экспериментировала. В тех порнороликах, которые она смотрела, где мужчины с большими членами заставляли девушек сосать, все выглядело похоже на то представление, что разворачивалось в нашей спальне. Ее рука снова вернулась в зону его паха и продолжала активные движения, они чередовались с движениями головы в странном, дьявольском ритме, который она, казалось, сама задавала. В какой-то момент я прикрыл глаза, давая им увлажниться от сухости и напряжения. А открыв снова, я увидел, как сверху на голове у Вики появилась его рука. Рука хозяина. Грабителя, который сегодня украл не только ценности у соседа, но и самую большую мою ценность, мою жену, ее достоинство, нашу общую жизнь. Его рука давила на ее затылок, и я даже услышал эти звуки, звуки глубокого минета, которые у нас с ней никогда не звучали. Я представил, как его огромный член проникает в глотку моей жены, я представлял, насколько глубоко он входит в нее. Это было невыносимо.
Прошло еще немного времени, и из спальни послышался глубокий, животный стон Митяя. Было ясно, он кончал. Но моя Вика не останавливалась. Ее голова продолжала двигаться. Он кончал ей в рот. А она... она, наверное, все это глотала. Как в ее фильмах для взрослых. Как в тех самых тайных фантазиях, которые она скрывала в истории браузера. Рука грабителя ослабла хватку, и Вика, немного задержавшись, перелезла обратно на свое место. И когда она перелазала, она на секунду посмотрела в сторону зеркала. И мне показалось, что ее взгляд, преломленный через отражение, был устремлен прямо на меня. Прямо в щель, за которой я сидел. Но я не увидел на ее лице ни сожаления, ни стыда. Оно было... необычным. Я не могу описать. Как будто на меня смотрела не моя девочка Вика, а более взрослая, умудренная каким-то странным, порочным опытом женщина. Или этот взгляд был возбужденным, шаловливым, я не знаю. Очень многое, возможно, из-за стресса, додумывала моя воспаленная фантазия. Но я знал точно одно. То, что произошло сегодня, изменило все. И как я, и как мы будем с этим жить, оставалось загадкой.
Я не спал всю ночь. Я проматывал в голове вчерашние события и снова и снова винил себя. Руки затекли, ноги онемели. Утро должно было стать спасением, или хотя бы надеждой на спасение. Он обещал уйти. Я посмотрел в сторону спальни. Митяй так и не выключил ночник, и я мог, как и вчера, все подробно видеть. Но картина, которую я увидел, была странной и отрезвляющей. Грабитель спал, и слышался его мерный храп. А Вика, проснувшись, лежала рядом и смотрела... я не был уверен, но ее взгляд был направлен прямо на его пах. Она разглядывала его член, все еще внушительный даже в состоянии покоя. Она изучала его. Я смотрел на это и не мог издать ни звука. Точнее, мог, но как
Свадьба