причин мне не удавалось утешиться, то растущий зуд делал меня нервозной и нетерпеливой. Я теперь если была раздосадована или несчастна, то не могла успокоиться если не кочну пару раз подряд. При этом иногда приходилось довольно интенсивно мастурбировать. Сладостный момент оргазма позволял на какое-то время забыть неприятности и по-другому смотреть на проблемы.
Настоящие неприятности начались, когда у нас в классе появился новый мальчик Валера. Он был красив, и все девчонки в классе включая меня сразу же в него влюбились. Однако он никому не отвечал и до поры до времени у всех были надежды.
В тот злосчастный день я была бесконечно несчастна. Валера на мою невинную просьбу объяснить мне задачку, грубо послал меня и сел за другую парту чтобы помочь нашей страшилке Леночке. Меня это оскорбило до глубины души, и я страдала. Единственное что меня могло утешить это звездная эйфория не сдерживаемого ничем оргазма. Все еще отягощалось тем, что в этот день я уже наверно часов шесть не предавалась рукоблудию и была изрядно голодной.
Пропустив урок физики, я пошла в школьную раздевалку. Уединившись там, я спряталась между двух рядов висячей на крючках верхней одежды. Шел урок и в раздевалки никого не было. Я прислушалась. Тишина. Возле своего пальто я развела пошире ноги и засунула безымянный палец себе под трусы. Хорошо. Палец привычно натирал взмокшие от моей смазки напухшие половые губки. От интенсивного трения юбка задралась ритмично шуршала в тишине. Однако оргазм все не приходил. Я спустила трусики до колен и совсем задрала юбку чтобы не мешала. Тремя пальцами я остервенело терла себе между ног пытаясь достать то точек внутри влагалища. Другой рукой через блузку я иступлено щипала свои выпуклые соски на грудях.
Ничего не получалось. Время шло. Рука уставала, а теплые волны экстаза никак не приходили. В голове постоянно возникала ухмылка довольной Леночки. Злость на нее отвлекала и не позволяла сосредоточиться на теплых чувствах внизу живота.
Я с силой зажмурилась, отгоняя видение и закинув голову вверх остервенело заработала рукой безжалостно расплющивая свой ни в чем неповинный клитор. Сейчас придет, сейчас придет... Еще чуток напрячься и все будет.... Надо отключить все внешние чувства и сосредоточиться. Кажется, что что-то прикасается к моим голым коленкам. Глупости! Наверно это чья-то куртка. Не отвлекаться, не отвлекаться. Где же мой оргазм? Не могу отделаться от мысли что мои бедра кто-то гладит ладонями. Бред! Ведь в раздевалки никого нет. Наверно померещилось.
Я раскрыла глаза и посмотрела вниз. Из стены висячих курток торчали две волосатые мужские руки. Пальцы рук неторопливо водили по моим голым коленкам постепенно продвигаясь вверх. Было что-то сюрреалистичное в этой картине. В испуге я отпрянула, и стена из курток разошлась. В проеме я увидела лысину сторожа Сергеева.
— А! Это ты Невьярова Виктория! Что не получается? Ну давай я помогу, - сказал мужчина и выбравшись их вороха курток стал на колени возле моих ног. После чего он тут же прильнул своим бородатым лицом к моему обнаженному низу живота покрывая мою кожу слюнявыми поцелуями спускаясь все ниже и ниже.
Оказывается, что все то время, пока я была в раздевалке, он находился в соседнем ряду между курток и на карачках прибирал разбросанную школьниками обувь. Так как стена из висячей верхней одежды не доходила до пола, он с самого моего появления мог видеть мои голые коленки. Я же, стоя возле плотных рядов с одеждой и молча лаская себя, не могла его видеть вообще. Не знаю, как долго он наблюдал за моей рукой и задравшимся краем юбки. Видел ли
Юная Виктория. (Глава 3)