она это делала, я поднялся выше, заменив свой язык большим пальцем, который продолжал постоянно давить, потирая ее клитор. Ее глаза начали закрываться. Я продвигался вверх, скользя по ее телу, пока мое лицо не оказалось на одном уровне с ее лицом. Она жадно целовала меня, пока трахала мою руку. Меня еще больше возбуждало то, что она целовала меня так глубоко, хотя я знал, что у меня на губах был вкус и запах ее киски. Если она и заметила это, то не обращала внимания. Возможно, она была настолько поглощена приближающимся оргазмом, что не заметила. В любом случае, мне нравилось прижиматься к ней и быть внутри нее, когда она кончала. Она внезапно сжала мою руку внутри своей киски, когда оргазм пронзил ее тело. Ее ноги сжали наши руки, и я почувствовал, как ее внутренние мышцы сильно сжимаются вокруг моих пальцев.
Как только она пришла в себя, ее ноги расслабились. Она поморщилась, когда вытащила мою руку из своей киски, видимо потому, что теперь она была очень чувствительной. Когда она отпустила мою руку, я поднес руку ко рту и слизала с нее ее соки. Я сделал это прямо перед ее лицом. Я знал, что она может почувствовать запах своих соков, и я смотрел ей в глаза, пока сосал и облизывал каждый палец. Когда я закончил, она схватила мое лицо обеими руками и глубоко поцеловала меня. От этого мой член запульсировал у ее живота. Она медленно отпустила меня, и мы оба тяжело вздохнули.
— Ты готов ввести эту большую штуку в меня? Твоя рука была хороша, но твой член заставит меня кончить сильнее, — сказала она мне.
— Я думал, что ты все еще чувствительна после оргазма.
— Я готова к тебе сейчас. Возьми меня, — предложила она.
Я перевернулся, чтобы открыть ящик тумбочки, и нащупал коробку с «резинками любви». Она лежала на спине с широко раздвинутыми ногами и смотрела, как я надеваю презерватив на член. Когда я был готов, я переместился на нее. Ее правая рука потянулась, чтобы направить меня туда, где мы оба хотели, чтобы он был. Я сразу почувствовал ее жар сквозь тонкую оболочку презерватив. Она без прелюдий прижала головку к своему отверстию, возбужденная так же, как и я. В свою очередь, я медленно надавил, чтобы раскрыть ее киску и войти, как только она будет готова. Но она решила иначе. Как только головка оказалась внутри ее киски и больше не нуждалась в направлении, она положила обе руки мне на ягодицы и притянула меня к себе, выгибая бедра мне навстречу. Она была настолько влажной, что я погрузился в нее по самые яйца. Это произошло не мгновенно; мне все еще приходилось скользить внутрь, пока ее киска постепенно открывалась, чтобы принять меня. Но она продолжала прижимать меня к себе, пока я полностью не вошел в нее. Я попытался выйти из нее и толкнуться еще раз, чтобы смазанный ее соками член мог легче войти в нее дальше, но она не позволила мне это сделать. Это было одно непрерывное движение внутрь. Смесь ощущений тугости и податливости. Это было восхитительно, но я беспокоился, что ей может быть больно. Но даже если она и испытывала в этот момент боль или дискомфорт, она не показывала это. На ее лице было только выражение чистого удовольствия и восхищения. Может быть, к тому моменту она была настолько мокрой и возбужденной, что позволило мне войти в нее одним движением без всякого сопротивления ее тела.
Когда наши лобки соприкоснулись, она провела руками
Развлечения в гостинице