поцеловала головку моего члена и хихикнула, прежде чем надеть презерватив. Когда я был готов, она села и оседлала мои бедра. Я смотрел с широко открытыми глазами, как она насаживалась на мою твердость. Придерживая член одной рукой, она направила меня в свое отверстие, а затем ее лицо расплылось в удовольствии, когда я проник в нее. Она опустилась, пока я не вошел в нее полностью. Она немного пошевелилась, почувствовав, как плотно она обхватила меня, и улыбнулась. Когда она открыла глаза, она увидела, что я смотрю на нее с восторгом.
— Ты смотрел на это? — спросила она, смущенно.
— Да, мне нравится видеть, как тебе это нравится.
— Что нравится?
— Заниматься любовью.
— Да, мне нравится. Ты делаешь это таким особенным.
Она глубоко вздохнула, поднялась, сделала паузу, а затем опустилась. Я наблюдал, как ее губы обхватывают мой член. Когда она поднималась, мой член оттягивал ее губы, как будто они не хотели отпускать меня. Затем, когда она опускалась, ее губы, казалось, раскрывались и с радостью впускали меня обратно.
Фелисита помнила, как ее минет измотал меня, и настаивала на том, чтобы на этот раз всю работу сделала она. Она скакала на мне и играла со своими сиськами. Иногда она наклонялась вперед, чтобы я мог поднять голову и пососать ее соски. Когда она не ласкала свои сиськи, я смотрел, как они подпрыгивают, или прижимал к ним ладони. Ее возбуждало ощущение, когда ее соски терлись о мои руки. Это была одна из моих любимых поз, в основном потому, что я мог прекрасно видеть ее тело, пока она скакала на мне.
Со временем я понял, что она устала. Я убедил ее, что готов перейти в другую позу. Она слезла с меня и ждала, пока я решу, что мы будем делать дальше. Я встал и выключил свет. Когда я отодвинул занавески, я понял, что она удивленно смотрит на меня и гадает, что я задумал. Я позвал ее к окну. В комнате было темно. Единственный свет исходил из-за окна. Мы могли видеть огни вдоль береговой линии, изгибающейся вдали.
— Я хочу, чтобы ты кончила, когда я буду в тебе, глядя на Гавану. Так, когда ты снова будешь смотреть на Гавану ночью, ты сможешь вспомнить, как я заставил тебя кончить.
Ей понравилась эта идея. Я попросил ее встать лицом к окну, наклониться вперед и положить ладони на стекло, а сам встал за ней и вошел в нее сзади. Я погрузился в нее, заставляя ее задохнуться. Я трахал ее, пока мы смотрели на город, в котором мы влюбились друг в друга. Через несколько минут она громко кончила, когда я глубоко вошел в нее. Ее руки оставляли потные отпечатки на стекле. Это должно было заставить горничную задуматься.
Перед тем, как кончить, мы вернулись на кровать. Я лежал на ней, и мы обнимали друг друга, пока я изливался в нее. Мы были потные, но ни один из нас не хотел вставать. Наконец, я должен был встать, когда моя эрекция спала. Я скользнул рядом с ней в постель, натянул одеяло, и мы лежали там, прижавшись друг к другу голыми телами, глядя на огни.
— Это действительно красивый город, — размышлял я.
— Ты заставил меня это понять. До тебя это был просто город. Теперь я вижу красоту, которой раньше не замечала.
— Я держу самую красивую часть прямо здесь, — сказал я, прижимая ее к себе еще сильнее. Она довольно заурчала.
Мы проспали так всю ночь, крепко обнимая друг друга.
Разрешённая измена жены.