После разговора с Изабеллой меня охватила ностальгия, поэтому оставшийся вечер я провёл, разбирая оставшиеся рождественские украшения моей тёти, даже те, которые она не вешала уже много лет. В какой-то момент я вспомнил, что большая часть моей семьи вечером отправится в шале, но это не смогло испортить мне настроение. Всё, что происходит, «к лучшему», как любила говорить моя мама. Особенно теперь, когда я нашёл себя в качестве репортёра, освещающего праздники.
Моя мать была совсем не похожа на свою сестру. Тётя Маргарет была целеустремленной и настойчивой, особенно когда дело касалось поисков информации для статьи. При этом также была из тех людей, которые хранили гирлянду из лампочек-«мыльных пузырей» на дне коробки с украшениями, даже если она не работала десятилетиями, потому что это напоминало ей о детстве.
В противоположность ей, моя мать была из тех людей, кто считал, что извинения — это признак слабости. Когда кто-то осмеливался предположить, что она, возможно, невольно задела чьи-то чувства, она прибегала к одной из двух проверенных временем стратегий: DARVO (Deny, Attack, Reverse Victim and Offender – «отрицать, атаковать и менять местами жертву и обидчика» - стратегия, которая позволяет агрессору избегать ответственности и контролировать повествование в ситуациях конфликта или насилия – перев.) или «так лучше».
«ДАРВО» она использовала только тогда, когда действительно сильно напортачила. Например, когда я рассказал ей, как сильно меня задело, что она и мой отец пропустили мою церемонию вручения дипломов в медицинском университете, поскольку вместо этого пошли на один из концертов моей племянницы в детском саду. Её ответ тогда был просто мастер-классом:
Отрицание: «Мы бы обязательно пришли на твою выпускную церемонию, если бы ты нам о ней рассказал. Наверное, ты просто забыл нас пригласить, потому что мы для тебя не так уж важны».
Атака: «Не пытайся заставить собственных родителей чувствовать себя виноватыми только за то, что они пошли на концерт одной из своих внучек. Она всего лишь ребёнок, Алекс, а ты — взрослый человек! Тебе должно быть стыдно!»
Обратная замена: жертва и преступник: «Почему, чтобы мы ни делали, это никогда не бывает для тебя достаточно хорошим? Во всем всегда виноваты мы. В твоём понимании мы никогда ничего не можем сделать правильно».
Вот так в результате она оказалась жертвой, а я – бесчувственным негодяем. Потом ещё несколько недель мои братья и сёстры писали мне сообщения, называя меня в них эгоистичным придурком за то, что я посмел расстроить нашу мать. При этом ни один из них не удосужился поздравить меня с получением диплома врача.
Позор мне, действительно.
Тот факт, что у меня в телефоне и компьютере сохранилась целая цепочка отправленных текстовых сообщений и электронных писем с информацией о моей выпускной церемонии за предшествующие ей шесть месяцев, и что официальное приглашение было отправлено моей матери по почте ещё в январе, был неважен.
Сохранилось и последнее отправленное ей мною сообщение:
«Ты точно сможешь приехать на следующей неделе?», на которое она ответила смайликом с поднятым большим пальцем.
Для них это не имело значения.
В день моей выпускной церемонии два места, которые я зарезервировал для своих родителей, оказались пустыми. Я произнёс свою прощальную речь «Преобразующая сила любви в медицине» перед близкими всех остальных выпускников, но не перед своими.
По крайней мере, DARVO, в своей извращённой форме, намекала, что моей матери достаточно важно оправдать своё контрнаступление. Фраза «Так лучше» означала, что ей лень было этим заниматься. И само собой разумеется, что для меня её ответы практически всегда сводились ко второму варианту.
Я закончил осмотр лампочек-пузырьков и аккуратно положил их обратно. Мне просто не
Неожиданно