Викторовна поставила одну ножку на край ванны, раскрываясь перед своей юной любовницей. Вода стекала по коже, смешиваясь с их смазкой, а Наташа с удовольствием и улыбкой вылизывала пахучие соки зрелой женщины.
В спальне они легли на кровать, их тела, ещё влажные, сплелись. Елена Викторовна научила Наташу позе ножниц — они раздвинули ноги, их вагины соприкоснулись, губы к губам, клиторы и лобки тёрлись, и они двигались, их тела дрожали от трения, стоны смешивались.
— Наташа... три мою пизду своей... да, вот так, прижимайся ближе, — шептала Елена Викторовна, её руки гладили бёдра Наташи.
— Елена Викторовна... трогайте меня... да, вот здесь, на клиторе... я кончаю от Вас! — отвечала Наташа, её тело содрогнулось, она прижалась сильнее, их губы тёрлись, смазка смешивалась, и они кончили вместе, их стоны заполнили комнату.
Затем они перешли в 69 — Елена Викторовна сверху, её вагина прижалась к лицу Наташи, придушив ее на мгновение, её седые кустики касались её губ и подбородка. Наташа лизала её, язык проникал в дыру, посасывая губы, вдыхая мускус, а Елена Викторовна, в ответ, лизала Наташу, оттягивая её висячие губы, язык кружил по клитору, палец теребил анус.
— Наташа... вставь мне свой пальчик... да, соси мой клитор... ох, твои губки сводят меня с ума ! — стонала она, её тело выгибалось.
— Елена Викторовна... трогайте мою дырочку... да, пальчиком в попу... я люблю Ваш вкус! — шептала Наташа, её рот полный соков.
Они кончали вместе, их тела содрогались, соки текли по лицам, и их ласки, нежные и страстные, длились часами. Елена Викторовна, обучая, шептала:
— Вот так, милая... трогай меня пальчиками, лижи язычком... почувствуй, как я отвечаю. Наташа, с восторгом, повторяла, её руки и губы исследовали, и их любовь была полной, страстной, с лёгкой и открытой пошлостью, но глубокой нежностью.
В спальне, где мягкий свет лампы обволакивал их тела теплым золотом, Наташа легла на спину, её пухлые щёчки пылали от возбуждения и лёгкого стеснения. Она медленно раздвинула свои полные ножки, напряжённые от желания, задирая их высоко вверх, коленки согнулись, ступни оказались почти у её плеч. Её большие, висячие половые губы раскрылись растянутые пальчиками в разные стороны, морщинистые и влажные, густой темно-русый кустик слегка намок от смазки, и она, глядя на Елену Викторовну с прищуренными глазками, шепнула:
— Елена Викторовна... смотрите на меня... я так хочу, чтобы Вы меня ласкали ТАМ...
Елена Викторовна, опустившись между её бёдер, с любовью провела руками по внутренней стороне её ляжек, ощущая их тепло и лёгкую дрожь. Она наклонилась, её губы коснулись раскрытой вагины Наташи, язык медленно обвёл её губы, оттягивая их нежно, посасывая клитор.
Елена Викторовна на секунду поймала себя на мысли, как близока и родственна ей стала влажная теплота Наташиной вульвы, и как сексуально вкусно впиваться всем лицом к ней между ножек.
Наташа застонала, её ножки, задранные высоко, напряглись ещё сильнее, ступни дрожали в воздухе, а пальчики сжались от удовольствия. Елена Викторовна, не отрываясь, шептала:
— Милая... твоя киска такая сладкая... держи ножки выше, давай мне всё...
Наташа, чувствуя, как язык Елены Викторовны проникает глубже, лаская каждую складочку, её большие губы, пахучие и живые, отвечали на каждое движение. Она раздвигала ножки ещё шире, задирая их высоко вверх, её тело выгибалось, а стоны становились громче, полные любви и отдачи. Елена Викторовна мычала, её руки гладили бёдра, язык кружил по клитору, всасывая его и нежно сжимая губами, и Наташа кончила, её тело содрогнулось, соки потекли по губам Елены Викторовны, а она, не останавливаясь, продолжала ласкать, шепча:
— Кончай, моя девочка... я люблю тебя такую, открытую...
Герман и Эдик