опрокинула ее в себя. - Очень надеюсь, что я достаточно пьяна для этого... - промурлыкала она, поворачиваясь и направляясь к бильярдному столу. Я последовала за ней, опираясь на стол для аэрохоккея, чтобы не упасть.
«Ты выиграла, детка, - выдохнула она. - Все по-честному. Ты уже большая девочка, и я бы заставила тебя выполнить пари, раз это была твоя идея.»
Я чуть было не сказала ей, что она не обязана этого делать, но не стала. В моем нынешнем состоянии я действительно хотела это увидеть. И моя мама никогда не отказывалась от пари, именно поэтому она почти никогда их не заключала. Она медленно взобралась на бильярдный стол, а я поддержала ее за ягодицы и слегка подталкивала. Выдохнув, она, наконец, села на край, свесив ноги с бортика.
— Вот ты где... - пробормотала она, беря бильярдный кий, который уже лежал на столе, и уставившись на него так, словно он была потерян давным-давно. - Вы готовы стать хорошими друзьями?
«Мам, а какой из них подходит для использования? - неуверенно спросила я. У нас есть... есть такой, с совершенно гладким, закругленным деревянным концом на подставке...»
Она повернула голову и посмотрела туда, куда я указывала. «О... да, так было бы лучше. Ты можешь достать его для меня?»
Я обошла стол, потянулась и передала вышеупомянутый кий. Она внимательно осмотрела нижний конец и кивнула, заметив твердый лак, под которым не было видно древесины. Это была не самый лучший кий для игры в бильярд, но, несомненно, лучший выбор для того, что должно было произойти сейчас.
«Ты... сможешь это вставить?» - Неуверенно спросила я.
Она кивнула. «Я становлюсь довольно влажной, когда напиваюсь», - ответила она, протягивая свободную руку и прижимая ее к своим половым губкам, потирая их. Затем она показала мне свою руку, блестящую и липкую. «Видишь?»
Я кивнула, зажала свою руку между ног и подняла ее, чтобы рассмотреть. «Ха. Думаю, я тоже...»
Я не могла припомнить, чтобы когда-нибудь раньше была влажной просто потому, что была пьяна, но я не так часто так сильно напивалась. Возможно, я просто не замечала этого.
Мама прижала свою липкую руку к моей, на мгновение переплетя наши пальцы, прежде чем снова обратить свое внимание на наказание. Она опустила бильярдный кий, пока он не уперся в ее щель. Она поиграла им взад-вперед, экспериментируя.
— Не такой толстый, как бильярдный кий твоего отца, - пробормотала она, раздвигая губы выпуклым концом. - Но сделка есть сделка.
Она взялась за стержень сверху вниз и осторожно ввела кончик внутрь. Не колеблясь, я встала перед ней, чтобы лучше видеть, поскольку это было негласной частью нашего пари. Она просунула его примерно на дюйм или два, тихо выдохнув. Она подождала немного, прощупывая положение, а затем надавила еще немного. Вскоре ей удалось ввести его сантиметров на пять-шесть, и она кивнула.
«Хорошо и сильно, я согласна», - размышляла она. «Хотела бы я, чтобы большинство доступных нам членов были такими же твердыми».
Она прикусила губу, проталкивая его еще глубже, пока он не вошел в нее примерно на восемь дюймов. Она тяжело вздохнула и посмотрела на меня. «И что теперь?»
Я несколько неуверенно пожала плечами. «Я только сказала, что проигравший должен воткнуть бильярдный кий внутрь. Ты сделала это».
Она на мгновение задумалась над моими словами, затем покачала головой. «Нет, мы здесь, и это происходит. Нет смысла останавливаться на достигнутом, верно? Я буду трахать эту штуку, пока не кончу. Договорились?»
Я кивнула, мое сердце бешено колотилось в груди от ее слов. Неужели я действительно собирался смотреть, как моя мама трахает себя до оргазма, прямо здесь, при
Сапфическая безмятежность. (Часть 7)