не сдерживаясь, руки блуждали и ласкали уже знакомые изгибы тела друг друга. Наши языки танцевали вокруг друг друга медленно, томно, наслаждаясь вкусом друг друга.
Наконец, она прервала поцелуй и приподнялась над мной, глядя вниз, на наши бедра. Она хихикнула и прижалась своей киской к моей. «Боже, нам понадобится суперрастворитель, чтобы раздвинуть наши киски. Я уверена, что мы соединили их накрепко, когда так усердно трудились.
Я кивнула и проследил за ее взглядом. - Это было невероятно, - заметила я, слегка приподнимая бедра, чтобы прижаться к ней своей женственностью. - Я и понятия не имел, что от трибадизма можно чувствовать себя так прекрасно.
— Трибадизм? - спросила моя мама, приподняв бровь. - Так это называют крутые ребята?
— Трибадизм. Девочки-лесбиянки и бисексуалки в школе рассказали мне, - просто ответила я. - Очевидно, это технический термин или что-то в этом роде. Кто я такая, гетеросексуальная девочка, чтобы обвинять их в этом?
«Что ж, я должна признать, они что-то понимают...» - размышляла она, садясь и притягивая меня к себе. Мы скрестили ноги и зачарованно наблюдали, как наши киски встречаются и скользят друг к другу, когда мы двигаем бедрами. «Я тоже не знала, что можно испытывать что-то подобное».
«У тебя никогда раньше не было девушки?» Спросила я, глядя на нее.
«С тех пор, как я не встретила твоего отца», - ответила она, все еще наблюдая, как мы размазываем нашу смешанную влагу по щелям друг друга. «И даже тогда это были просто эксперименты молодых девушек - поцелуи, прикосновения к сиськам и тому подобное. То же самое, что, по твоим словам, ты делала, когда была моложе».
Мы некоторое время терлись сосками друг о друга и еще немного целовались, пока чувство блаженства после секса, наконец, не покинуло нас. Мама улыбнулась мне. «Готов отправляться домой? Я сейчас не совсем в том настроении, чтобы ходить по магазинам».
Я кивнула, и мы натянули сарафаны, решив отказаться от сильно пострадавших трусиков. Мы достали наши телефоны и договорились посмотреть отснятый материал позже. Я удовлетворенно вздохнула, когда она выехала с пустыря, и мы направились домой.
***
Мы почти не разговаривали во время поездки, и мама припарковала машину, пока я доставала сумки из багажника. Мы занесли их в дом и поставили на длинный стеклянный кофейный столик между диванами. Мы оба просто плюхнулись на диван и просидели так несколько минут, ничего не говоря и уставившись в противоположную стену. Никто из нас не знал, с чего начать, хотя мы понимали, что нам нужно обсудить случившееся.
«Я... Я не знаю, сможем ли мы сделать это снова, - нерешительно сказала я. - Но я могу сказать тебе, что мне это действительно понравилось, мам. Ничего подобного я никогда не испытывала.
Она улыбнулась и кивнула, все еще глядя на дальнюю стену. «Это было чудесное чувство, детка. Без вопросов. Но я разочарована... Думаю, я разочарована в себе».
«Потому что мы потеряли контроль?» спросила я.
Она кивнула. - Я твоя мать, я должна уметь держать себя в руках.
Я вздохнула. - Я думаю, мы оба задаемся вопросом, что, черт возьми, произошло, мам. Я имею в виду, что меня никогда раньше не привлекали девушки. Да, я знаю, когда девушка привлекательна, но я никогда не хотел быть с такой.»
«Я тебе действительно нравлюсь? - спросила она, поворачивая голову, чтобы посмотреть на меня. Или, в конце концов, последние три дня дразнилок и игр было слишком много?»
Я тщательно обдумывала, как ответить, а она терпеливо ждала, зная, что я не тороплюсь тщательно излагать свои мысли. «Тогда я просто буду честна, мама. Около трех дней назад
Сапфическая безмятежность. (Часть 7)