меня лишь тонким участком изумрудно-зеленого шелка. Я давил достаточно сильно, чтобы почувствовать, как раздвигаются ее губы, – и она ощущала, как кончик моего члена прощупывает ее сквозь ткань. Она смотрела на меня широко раскрытыми глазами. Я использовал головку, чтобы размазать соки, которые уже просочились сквозь шелк. Я ни разу не коснулся ее трусиков пальцами. Только членом; оттянул ластовицу стрингов в сторону, обнажив ее киску, а затем толкнул вперед, чтобы головка проникла между наружными губами. Наклонился и поцеловал ее мягкие губы, продолжая водить членом вверх и вниз по щели. Вверху я терся о клитор. Внизу входил в ее дырочку всего на долю сантиметра. Я растягивал ее вход, но пока не проникал полностью. Она отчаянно хотела, чтобы я вошел в нее глубже, но в то же время жаждала, чтобы головка продолжала касаться клитора.
Она не могла решить, чего хочет больше. Я отодвинулся от ее лица, чтобы понаблюдать за этой нерешительностью. Она жаждала и того, и другого. Теперь я давил сильнее, одновременно стимулируя оба ее центра удовольствия. У входа я вдавливал всю головку члена внутрь, а потом вытаскивал, чтобы снова потереть клитор. Я чувствовал, как край шелка трется о мой член при каждом движении. Она стонала одинаково громко, когда я отходил от каждого места; выражение ее лица менялось от разочарования к удовольствию, когда я касался новой точки.
Теперь из ее отверстия медленно вытекала смазка. Я решил, что, хотя мне и нравилось дразнить ее, я действительно хочу быть полностью внутри. В следующий раз, когда моя головка медленно вошла в ее отверстие, я остановился, погрузив в нее всю головку. Я посмотрел ей в глаза. По лицу было ясно, что она ожидала: сейчас я выйду и вернусь к клитору. Она слегка двигала тазом вверх и вниз, почти бессознательно. Я уступил нашим общим желаниям. Напряг бедра, и она подумала, что я выхожу. Вместо этого я толкнул вперед. Она задохнулась, когда я вошел в нее. Одним длинным движением я полностью погрузил член внутрь. Мои лобковые волосы прижались к ее волосам и зеленому шелку. Выражение ее лица было смесью удивления и удовольствия. Она была такой горячей вокруг меня. Я оттянулся, обнажив ствол, но не настолько, чтобы вынуть головку. Презерватив был густо покрыт ее влагой. Я толкнул вперед. При следующем толчке я полностью вытащил член, вызвав стон разочарования из ее прекрасных губ. Затем снова вошел в нее. Я повторил это несколько раз, каждый раз начиная с полного проникновения в ее влагалище.
Мы оба наслаждались ощущением ее упругих губ – сначала они сопротивлялись, а потом уступали, позволяя моему члену войти в нее. Ее лицо было таким прекрасным. Я видел, как быстро она дышит, по движению груди. Когда я вошел в нее в следующий раз, наклонился вперед и прижался всем телом к ее телу. Она ответила, обхватив мои ноги своими. На этот раз она не собиралась позволять мне покинуть ее теплую влажную глубину. Ее руки обвили мою спину, и наши тела снова слились воедино. Мы смотрели друг на друга, начиная двигаться вместе. Единственное, что разделяло нас, – это шелковое белье от «Victoria’s Secret». Я чувствовал ее тепло сквозь ткань; соски давили на мою грудь. Я наклонился еще ближе, чтобы поцеловать ее. Ее рот открылся еще до того, как мои губы коснулись ее губ. Она втянула мой язык в свой рот. Она стонала, пока мы целовались и трахались. За изголовьем кровати слышался ритмичный скрип пружин соседней кровати, но мы почти не обращали на это внимания.
Исповедь дрянного мальчишки. Часть 5.