Садишься в это ужасное кресло, и в тебя засовывают здоровенную палку, и елозят там везде.
– Ужас какой. – С улыбкой сказал он. – Всё же, не так страшно, когда тебе пихают камеру в желудок.
– Я бы не сравнивала. – Карина поднялась, приобняв мужа сзади. – Я позвоню, как всё закончится. Это просто осмотр, остальные анализы на той неделе будут. Сам знаешь, процесс у нас это небыстрый.
– Понимаю. – Он легко коснулся её руки, – меня больше напрягает что врач твой - мужик.
– Пётр Анатольевич - хороший врач. Странно, что он вообще ещё работает, в нашей-то глухомани. У меня к нему, и мама и бабушка ходила. Почти как родной уже…
– Ещё бы… – у Дениса на языке крутился какой-то остроумный ответ но он молча вышел в прихожую.
Карина последовала за ним, и зашла в ванную. Пока она чистила зубы, хлопнула, и закрылась входная дверь. Девушка усиленно тёрла глаза под тёплой водой но организм будто отказывался просыпаться, и выходить на холодную улицу. Хотелось набрать горячую ванную, полежать в ней часок, и только потом уже идти пить кофе но реальность была довольно разочаровывающей. Струйка воды, со значительным эхом гремевшая о дно желтоватой ванны иссякла, когда краны были перекрыты.
На кухне, она приготовила кофе, присела у окна, бессмысленным взглядом посматривая на телевизор. Денис оставил свои сигареты, и рука Карины невольно потянулась к пачке но та её одёрнула - в завязке почти в год, снова начинать не стоило. Да, и вряд ли это положительно скажется на результатах анализов, и на здоровье в целом. Потом. Только после удачных родов - обещала она себе.
Допив кофе, она неторопливо собралась, время от времени поглядывая на часы - запас времени был. Надев сапоги, Карина выключила свет на кухне а затем, и в прихожей, вышла в подъезд, гремя ключами. С пустым ведром на этаж поднималась соседка - тётя Люба, как всегда звала её Карина, подруга матери. Когда-то с её дочерью они были лучшими подругами, пока та, однажды летом не утонула в озере. Неприятная была история - она ведь была не одна а с кучей девчонок со двора но когда те поняли что происходит - просто убежали.
– Доброе утро. – С кроткой улыбкой сказала Карина, спускаясь по лестнице.
– Ой, здравствуй Кариночка. Никак на работу? – Тётя Люба широко улыбнулась, уперев руки в бока. Пустое ведро она поставила у двери.
– Нет, мне в поликлинику надо.
– Заболела?
– Нет, просто медкомиссия. Я тут устроилась на одно предприятие. – Соврала девушка, уже спустившись на полэтажа ниже.
– А… ну, хорошо это.
– Так, и есть. – Её улыбка, возможно, выглядела натянутой, и вымученной но благо, соседка её уже не видела. Она зашла в квартиру, из которой вот уже как лет тридцать всё не мог выветрится запах кошачьего лотка, хотя кошек соседи никогда не держали.
От морозного воздуха, у Карины перехватило дыхание - частая история для зимы. Белые лампы фонарей освещали гладко укатанную дорогу вдоль подъездов а снег оглушительно скрипел под подошвами её сапог. Голубой зимний пуховик, тут же начал трещать как пакет из любой известной сети магазинов. Мимо проезжали знакомые машины - все торопились попасть на работу так, чтобы не встрять в пробку около моста - объезд был слишком уж долгим.
Снег под ногами переливался всевозможными холодными оттенками фотовспышек.
Так, ёжась, и постоянно застёгивая разбегающуюся молнию на куртке, Карина добрела до городской поликлиники, где всегда было людно, особенно по утрам, и встретить тут можно было кого угодно - от первоклашек, до похожих на
Тетя Таня