B: Для верификации. Для особых клиентов. Чтобы знать, что ты не водишь нас за нос.
Я: Я и так всё скидываю. Без этого.
B: (пауза в несколько минут). Фёдор. Давай не будем наивными. Ты думаешь, ты здесь главный? Ты -исполнитель. Я повышаю ставки. Скидывай документы.
Похолодели пальцы. Это был другой уровень. Голые фото -это одно. Документы, имя, фамилия, гражданство… Это уже не игра в куколдов. Это что-то опасное, реальное.
Я: Нет. На этом всё. Я выхожу.
B: Выходишь? -Ответ пришёл мгновенно. -А как же твои фото, дружище? Особенно то, где с лицом. То, которое я так и не замазал до конца. Оригинал у меня.
На экране всплыло превью. Та самая фотография. Злата спит. Её лицо было не замазано. Оно было прекрасно видно. Рядом -скриншот её профиля в соцсети. Город: Салоники. И наш район, я узнал фон на одной из её старых фоток.
B: Я же говорил -я всё вижу. Греция, Салоники. Я нашёл её. Довольно быстро, кстати. Если ты сейчас исчезнешь, эти фото с её лицом и данными появятся везде. В её соцсетях. В группах её работы в порту. Ты думаешь, её возьмут на работу бухгалтером, когда в сети будут висеть такие фотки? А твоя дочь-дизайнер? Как она посмотрит на маму?
Текст плыл перед глазами. Не просто шантаж. Боб не просто хотел документы. Он хотел окончательно сломать последний барьер, забрать у меня даже призрачный контроль. Сделать меня не просто поставщиком, а заложником.
Я представил, как эти фото появляются. Лицо Златы, её обнажённое тело. Её карьера, которую она с таким трудом начала… Оля, которая только-только встала на ноги… Всё это рассыпалось бы в прах. И виной был бы снова я.
Я: Ну и гандон ты.
B: Прагматик. Как и ты. Документы. Завтра. Или послезавтра твоя жена станет звездой греческого сегмента не по своей воле. Выбор за тобой, менеджер.
Внутри было холодно и тихо, как в ледяной склепе. Вся та любовь, вся эта заржавевшая забота -отшелушилась одним махом, как старая штукатурка. Осталась только ясная, чёрная злость. На себя. На неё. На этого ублюдка Боба. И понимание, простое и металлическое: другого выхода нет.
Я был в ловушке. Созданной мной самим. И единственный путь вперёд вёл в ещё более глубокую тьму. Боб знал это. Он всегда знал. Он не был просто извращенцем. Мои пальцы скользили по клавишам сканнера, будто по раскалённому железу. ID-карта из порта с её неулыбчивой, служебной фотографией. Старый, ещё российский паспорт, где она была моложе, смотрела прямо и доверчиво. Я сжимал зубы, глотая ком горечи, и отправлял файлы. Каждый щелчок мыши отдавался в висках глухим ударом. Перевод в триста евро пришёл мгновенно. Я машинально зашёл в группу. Лента обновилась. Новый пост от администратора.
Пользователь B: НОВЫЙ ЭКСКЛЮЗИВ. СЛАВЯНСКАЯ ЗЛАТА. НАСТОЯЩЕЕ ИМЯ.
Фотографии. Не спящей. Не украденные. На них она стоит в нашей спальне, у комода, повернувшись в три четверти к камере. Поза откровенная, выверенная. Одна рука под грудью, будто приподнимая её, другая лежит на бедре. Вагина, выбритая начисто, была обращена прямо в объектив. Грудь, тяжёлая и полная, с тёмными ареолами. Губы в полуулыбке. Лицо. Он замазал только глаза жирными чёрными полосами. Но всё остальное -её нос, скулы, ямочка на подбородке, знакомый изгиб губ -было узнаваемо до боли. Рядом -фото её паспорта. Всё поле было залито чёрным, кроме одного слова, не замазанного, а, наоборот, выделенного жирным красным кругом: ЗЛАТА.
Подпись под постом резала глаза:
Пользователь B: Представляете, как эта ЗЛАТА считает чужие деньги в порту днём? А вечером готова считать чужие члены. Муженёк-куколд кормит её с рук и снимает
Я сливаю голые фото своей жены часть 4 Беременность