и осторожно взяла его в рот. Пока она аккуратно облизывала и скользила губами, почувствовала, как член твердеет. Он положил руки ей на затылок, притянул лицо к своему пульсирующему члену, и Салли начала сосать по-настоящему. Он засунул его глубоко в рот, и ей пришлось проглотить, чтобы принять всю длину. Она подавилась, но продолжала. В голове мелькнуло, что именно так она и умрёт — задохнувшись от его огромного члена.
Но вдруг он вытащил.
— Вставай, иди к кровати и наклонись, — потребовал он.
Она поднялась и сделала, как велел.
— Расставь ноги, покажи свою задницу.
Ей было неловко так выставляться, но она подчинилась. Почувствовала, как его пальцы скользят в анус, а потом, без всякой смазки, его большой член вошёл в неё. Было невероятно больно. Он вошёл до упора, замер, давая ей привыкнуть к ощущению полноты в прямой кишке. Затем его пальцы нашли её киску, нежно массируя набухший клитор. Оргазм нарастал.
Внезапно на её голову натянули полиэтиленовый пакет. Он плотно облепил лицо и стянул тугим резиновым кольцом вокруг шеи. Салли не могла дышать! Задыхалась!
Теперь, пока её лёгкие судорожно сжимались под пластиком, втягивая его в рот и ноздри, он начал трахать её в зад, одновременно теребя пальцами клитор.
Сначала была паника, но потом, когда грудь вздымалась, а пластик втягивался глубоко в открытый рот, её накрыл оргазм. Восторг был таким мощным, что всё тело затряслось в неконтролируемых конвульсиях — некоторые называют это «танцем смерти». Удовольствие от оргазма только усиливалось по мере того, как мозг, лишённый кислорода, выдавал галлюцинации и невероятное сексуальное наслаждение. Оно было сильнее всего, что она когда-либо испытывала. Мышцы влагалища продолжали подёргиваться ещё долго после того, как она потеряла сознание.
Салли очнулась на полу. Пакет сняли, она была жива. Девушка улыбнулась. Это действительно невероятное сексуальное удовольствие.
Но больше повторять это не станет! Салли верила в это...
Десять писем. Часть II. Письмо седьмое