и раскладывали мандарины. И вместо злости, вместо ревности в его глазах будет то самое тёмное, голодное выражение, которое она видела у него только пару раз в жизни, когда он позволял себе полностью потерять контроль.
«Он будет в восторге... он захочет, чтобы я рассказала всё в деталях... захочет посмотреть... или даже сам войти туда после него...» От этой мысли Анна невольно сжала Антона внутри себя сильнее, и тот зарычал ей в губы, толкнувшись особенно глубоко.
«Это лучшее Рождество в моей жизни», — подумала она почти торжественно. Лучше, чем первый снег в детстве. Лучше, чем первый поцелуй под ёлкой. Лучше, чем их свадьба. Потому что сейчас она чувствовала себя живой до кончиков пальцев, до последней клеточки. Чувствовала себя желанной, развратной, любимой и абсолютно свободной одновременно. Чувствовала, как её тело открывает новые двери, о которых она даже не подозревала. И всё это — здесь, в их доме, под мишурой и запахом хвои, с мужчиной, с которым работал её муж.
«Пусть увидит... пусть все увидят... я хочу, чтобы он гордился мной... чтобы знал, какая я».
И она подалась навстречу очередному толчку, глубже, смелее, с каким-то почти детским восторгом: «Да! Вот так! Это моё Рождество, и оно идеальное!»
Анна чувствовала, что находится на самом пике, но в этот момент дверь кухни распахнулась. На пороге стояли Александр и Сергей. Они искали закуски. Их глаза немедленно остановились на шокирующей сцене: Анна, с задранным платьем и спущенными колготками, сидит на столе, её ноги на плечах Антона, который яростно трахает её в анус, целуя взасос. Немая сцена длилась всего пару секунд. Александр и Сергей замерли в абсолютном изумлении, их дыхание сбилось.
Антон и Анна, оторвавшись от поцелуя, посмотрели на вновь прибывших. Анна, насаженная на Антона, в полной мере демонстрировала своё гостеприимство.
—Антон! Вы что? —спросил Сергей.
— Праздник, Серёжа! Аня просто... очень гостеприимна. Она любит смелые игры.
—Анна... Это... вы правда хотите, чтобы мы...
—Проходите... пожалуйста... присоединяйтесь.
—Боже мой, какое сладкое, стройное тело у тебя Анна. —проговорил Александр— Я всегда знал, что ты огонь. Но... Анальный секс? Это же... это фантастическое Рождество!
Этого было достаточно. Александр и Сергей поняли, что им разрешено все. Они быстро встали по разные стороны стола, напротив Анны. Они отодвинули оставшуюся посуду, освобождая место. Анна продолжала анальный секс с Антоном, её бёдра вздымались в такт его ударам. Александр и Сергей поспешно расстегнули брюки.
Анна, находясь в полном подчинении легла и протянула руки. Она взяла в ладонь член Сергея с одной стороны и член Александра с другой, и начала ласкать их уверенными, быстрыми движениями, пока Антон яростно проникал в неё. Анна лежала на спине на широком дубовом столе, который ещё утром был аккуратно накрыт к празднику. Теперь на нём валялись смятые салфетки, пара опрокинутых бокалов и крошки от имбирных пряников. Её тело дрожало мелкой, неконтролируемой дрожью. Серое платье-свитер было задрано до самой шеи, обнажая грудь. Колготки, тонкие, бежевые, с едва заметным цветочным узором, спущены до самых лодыжек и стянуты в узкий жгут, будто связали её ноги. Чёрные лаковые туфли всё ещё были на ней: одна чуть съехала с пятки, открывая изящный подъём стопы.
Антон стоял между её широко раздвинутых ног. Он крепко держал её за бёдра, прижимая их к своим, и входил в задний проход глубоко, мощно, до самого основания. Каждый толчок был резким, почти грубым: он выходил почти полностью, оставляя только головку внутри, а потом вгонял себя обратно одним движением, так что её тело каждый раз подскакивало на столе. Звук был влажный, глухой, непристойный — шлепки кожи о кожу,
Леша пиздализ часть 3