невинностью. Он не мог смотреть Софи в лицо, охваченный вожделением к ее телу.
Если бы он это сделал, то увидел бы слезы, катящиеся по ее щекам, и отсутствующий взгляд в ее глазах. Он встал перед ней и потянулся к своему ремню.
Софи почувствовала, как давление тела Дэвида на нее ослабло на несколько секунд, когда он отодвинулся от нее. Она молча молилась, чтобы он оставил ее в покое – или, по крайней мере, чтобы ее разум мог справиться с ее телом, - но затем ее слух подтвердил ее худшие опасения. Дэвид раздевался. Она услышала металлический лязг пряжки его ремня и молнии, а также шлепок его брюк по полу, когда он отбросил их в сторону. Мгновение спустя она снова почувствовала и вдохнула запах его немытого волосатого тела, прижавшегося к ней.
Софи почувствовала, как колено Дэвида прижалось к ее колену, когда он забрался на кровать. Она слабо попыталась свести ноги вместе, но он был слишком силен. Его колено, а затем и бедро постепенно заставили ее раздвинуть ноги, сначала прямые и напряженные, а затем, когда его давление усилилось, ее колени непроизвольно согнулись, и бедра раскрылись шире. Дэвид расположился между ее ног.
Дэвид, совершенно неверно истолковавший ее реакцию и ведомый своей похотью, выходящей за рамки всякой чувствительности, знал только, что время пришло. Его член, ставший больше и тверже, чем он когда-либо помнил, пульсировал почти болезненно. Он навис над Софи и впервые увидел выражение страха на ее лице.
Софи, как громом пораженная, уставилась на чудовищную эрекцию Дэвида. Хотя она видела фотографии эрегированных пенисов, однажды случайно увидела своего отца в эрегированном состоянии и пару раз даже прикоснулась к твердому члену неуклюжего парня, ничто не подготовило ее к ужасающему зрелищу огромного, налитого кровью члена, который, как она теперь поняла, Дэвид намеревался ввести в ее девственную вагину. Все ее тело стало слабым, желудок скрутило, и ее затошнило. Парализованная страхом, она не могла пошевелиться, не могла говорить, а могла только смотреть, как Дэвид готовится лишить ее девственности.
Дэвида уже было не остановить. Взяв свой чудовищный член в правую руку и поддерживая его левой, он приставил его набухшую головку к щелке Софи. Он скользил им вверх и вниз, раздвигая ее внутренние губки, ища вход и, наконец найдя его, засунул свою огромную головку в зев ее влагалища.
Софи проглотила слезы, почувствовав, как что-то вторглось в ее тело. Огромное инопланетное существо ворвалось в ее тело, мучительно растягивая его, вызывая пугающие, но невероятные новые ощущения во всем ее существе. Ее руки, наконец-то способные двигаться, крепко сжали простыню под ней, а пальцы глубоко зарылись в ее складках. Она по-прежнему не могла говорить.
Дэвид почувствовал, как свежее молодое тело Софи плотно обхватило его член. Боже! Это было так приятно! Он еще сильнее прижался к ней. Она все еще была совершенно сухой, несмотря на его прикосновения, и трение обожгло его. Он опустил взгляд на свой плоский живот и увидел свой член. Его кончик был погружен в Софи, и длинный толстый ствол был готов войти в нее. Он увидел ее животик, на котором все еще виднелись следы щенячьего жира, дрожащий под ним.
Внезапно перед его мысленным взором промелькнула картина Сары с Сэмом и того, что они делали друг с другом. Гнев вскипел в нем, и с громким стоном он с силой вонзился в девственное влагалище Софи, едва замечая слабое сопротивление ее девственной плевы, когда она порвалась под напором его толчка. Трение снова обожгло его, и он замер, отстранился и с криком снова вошел в нее почти на
Как я трахнул преподавателя Надежду Бусыгину