Закончив с этим, мы двинулись дальше и наткнулись на группу Психов. Мы без проблем их уложили. Судя по всему, руководила ими парочка в шипастой броне, у женщины мы обнаружили сломанную снайперскую винтовку, на руке у неё были боксёрские бинты, а в карманах брони нашёл патроны 308 калибра и ментаты.
—Да, девушка-боксёр — это что-то, — заметила Дженн.
—Видишь, её снайперка сломана, —ответил я.—Вот почему, нужно в таком случае уметь драться врукопашную.
—Майкл прав, — поддержала меня рейнджер Кэрри Варгас.
—Ладно, давайте всё у них заберём и их тоже выпотрошим, — распорядился я. Закончив с этим, мы двинулись дальше в том направлении, откуда пришли Психи. И там на песке мы обнаружили тело в солдатской шинели НКР и шлеме с очками. В карманах шинели я нашёл упаковку с винтом, нож, патроны калибра. 308 и такие же гильзы.
—А где его пушка? — спросила Дженн, когда я вытащил это всё из его карманов.
—Кто его знает, — ответил я. Мы всё это забрали и прошли чуть дальше. И там обнаружили ещё 5 тел в шинелях солдат НКР. А ещё дальше 2 тела, одно в кожаной броне, а другое в броне наёмника-смутьяна.
—Ну и что тут произошло? — спросила Джейми.
—Похоже, что сражение, — ответил я.— Ладно, давайте соберём всё, что у них есть, особенно жетоны. Ведь по жетонам высылают похоронки, рейнджер Варгас?!
—Да, конечно, я сообщу об этом капитану Джеймсону, — сказала она. После чего мы собрали всё барахло, что у них было и я повёл своих спутников обратно в Юнион-Сити. На пустоши ловить было больше нечего. Мы направились в бункер Хардинга, а по дороге Кэрри Варгас заглянула к капитану Джеймсону и доложила о происшествии, пока мы ждали её возле «Хижины барана», где Дженн смотрела в горящий мусор. В бункере я освежившись принялся готовить нам ужин из плоти убитых сегодня врагов. Мои спутники к этому относились адекватно. А потом мы расположились обедать, начав его как обычно с молитвы. После чего Джейми включила радио на пип-бое, где играла музыка и мужской голос под гитару пел:
Море Солтон,
Где моя любовь сказала, что будет со мной.
Море Солтон.
Моё сердце болит от воспоминаний.
Она была в отчаянии, я был не прав.
Висящий на шнуре фонарик.
Я сел в машину.
Она ехала всю ночь, о, быть.
У моря Солтон.
И шёл дождь.
И мы нырнули за пределы этого маленького городка в Аризоне.
И всё стало ясно мне.
Почему моя жизнь, как бурное море,
Я слишком отчаянно нуждаюсь в тихой атаке.
Она поднялась наверх, не было борьбы.
Только тоска и причина, о, быть.
О, быть.
О, быть.
Как море Солтон.
Море Солтон.
Слушая эту красивую и мелодичную песню, я думал, что это радио НКР, но как только песня закончилась, раздался знакомый голос Макса Террора: «Я Террор Макс, ваш судья после апокалипсиса. Вы слушаете Смерть-981. Вы все, наверное, знаете, что такое море Солтон. Ну а для тех, кто не знает, я расскажу. Это большое солёное озеро в графстве Империал штата Сияние дня. Знаете, я читал в одной большой научной книге, что когда-то давно Калифорнийский залив доходил аж до того места, где сейчас проходит 10-я трасса. И солёные озёра море Солтон и Лагуна Салада—это то, что от них осталось. А в другой книге я читал, что ещё в 19 веке это самое озеро Солтон полностью высохло и возродилось оно только благодаря одной техногенной катастрофе. В начале 20-го века поселенцы в графстве Империал решили проложить канал Аламо от реки Колорадо, чтобы получать воду для орошения. Но в этом канале случился прорыв, и вода потекла по старым арройо прямо в низменность,
Не было бы счастья ,да не счастье помогло