целиком. А мысль о том, чтобы стать ещё более массивно изогнутой, ещё более бесспорно женственной… это было слишком.
А лицо? Это первое, что видят. Это то, что притягивает. Это могло стать моим оружием. И, что удобно, это тоже одно из моих постоянных наказаний. Усиление лица не добавит нового необратимого слоя к и без того сложной ситуации.
Я позвонила Джордану — пальцы слегка дрожали.
— Джордан? Это я. Мне нужна помощь.
После короткого, мучительно неловкого извинения с обеих сторон за вчерашний вечер я объяснила новое задание, свой план, свою дилемму. Он просто рассмеялся — звук был скорее смирившимся, чем весёлым.
— Чувак, тебе нужен… консультант по соблазнению? Это так долбано странно.
— Просто помоги, чувак, — взмолилась я.
— Ладно, ладно. Покажи одежду.
Я переключила камеру, чтобы показать ему наряд через звонок.
— Во-первых, снимай брюки, — сказал он мгновенно. — В них ты выглядишь так, будто сейчас кого-то уволишь. Тебе нужно выглядеть как весёлая, сексуальная подчинённая, с которой можно завести запретную интрижку, а не как новая начальница. Есть юбка?
Я пробурчала что-то, но послушалась — сняла брюки, надела подходящую шоколадную атласную юбку. Короткая, облегающая, открывающая неприлично много моих длинных, изящных ног. Сделала ещё один поворот.
— Намного лучше, — сказал он, в голосе низкий, одобрительный свист. — Теперь про усиление… ты права. Лицо. Твоё тело уже достаточно хорошее, даже если бёдра и ноги не совсем десятка. Грудь отвлекает. Но лицо… это то, что заставляет женатых парней чувствовать, будто они получают что-то новое, молодое, чего нет у их жён. Бери лицо.
Он замолчал, в глазах странный, почти тоскливый блеск.
— Не верится, что я вчера зарылся лицом в твою… ну, ты поняла… а теперь я твой стилист. Жизнь — странная штука.
— Не напоминай, — ответила я, щёки вспыхнули. Поблагодарила его, завершила звонок и вернулась к приложению. Всё. Пути назад нет.
Его совет — каким бы безумным и сюрреалистичным ни был контекст — прорезал туман нерешительности как лезвие. Дело было не в том, чтобы стать идеальной женщиной. Дело было в том, чтобы стать правильной женщиной для миссии. А миссия требовала бомбы. Оружия массового соблазнения. Моё текущее лицо — милое, но обычное — было пистолетом. Мне нужна была ядерная боеголовка.
Я сделала глубокий, успокаивающий вдох — воздух пах дорогим переработанным кислородом отеля и надвигающейся катастрофической переменой. Села на край роскошной кровати, прохладный шёлк покрывала резко контрастировал с внезапным жаром под кожей. Вот оно. Я сознательно, по своей воле, выбирала нырнуть глубже, отдать ещё одну частичку себя зловещей, прекрасной логике приложения.
Я открыла магазин. Предложение всё ещё горело мягким, зловещим, соблазнительным светом.
**[МАЛЫЙ БУСТ ЛИЧНОЙ ЧЕРТЫ: БЕСПЛАТНО — РАЗОВОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ]**
Мой большой палец — твёрдый и уверенный — коснулся иконки. Появился знакомый список моих личных атрибутов — лист персонажа жизни, которую я больше не узнавала. Я пролистала мимо Силы, Выносливости, IQ — глаза остановились на единственном слове, которое держало ключ к успеху или провалу сегодняшней ночи.
**Голова**
Я нажала. Появился экран подтверждения — текст резкий, без украшений, почти клинический по своей серьёзности.
**[УСИЛИТЬ ЧЕРТУ: ГОЛОВА НА 100%? ДЕЙСТВИЕ НЕОБРАТИМО ДЛЯ ТЕКУЩЕГО НАКАЗАНИЯ И НЕ МОЖЕТ БЫТЬ ОТМЕНЕНО. ТЫ АБСОЛЮТНО УВЕРЕНА?]**
Я не колебалась. Я была солдатом накануне битвы, точившим клинок. Я ткнула **ПОДТВЕРДИТЬ** с мрачным, электризующим чувством окончательности.
Ощущение, когда оно началось, было совсем не похоже на тонкие, ползучие превращения прошлого. Это была приливная волна. Сверхновая. Сначала — тёплый, жидкий свет, который словно вливался прямо в череп, ощущение настолько интенсивное, настолько всепоглощающее, что балансировало на грани мучительной боли и экстатического наслаждения. Я ахнула, спина выгнулась над кроватью,
Мой первый мужчина.