— Захотите повторить, опять буду первым, - ухмыльнулся Костя, - Но Граф ещё отлично лижет. Все девушки кончают от её языка. А что, если предложу записать всё на камеру? Вы согласны?
Карина опустила голову, покраснела, но в глазах мелькнуло что-то жадное.
— Не знаю... я... подумаю... — прошептала она, но по голосу было ясно, уже согласилась.
Мы поехали домой в тот же вечер. В машине пахло потом, спермой, сексом. Карина сидела на пассажирском сиденье, ноги плотно сжаты, но беспрерывно текла. По пути она
трижды просила остановиться, выходила, меняла прокладки и трусики. Каждый раз возвращалась с виноватой, но счастливой улыбкой.
— Это было... невероятно, — прошептала, когда мы тронулись в последний раз, — Я... до сих пор чувствую Графа... внутри... как будто он всё ещё... там...
Я молчал. Взял её за руку. Она сжала мою ладонь в ответ.
Вот моя деревня