и даже прикоснулась к нему губами, но возбуждение было сильнее стыда или злости. Если бы она сейчас попросила Шуру себе отлизать или даже села на его член, я бы только попросила сделать это при мне. Мне хотелось увидеть, как муж трахается с кем-то другим у меня на глазах, пускай и с очень красивой женщиной. Шура потянулся, чтобы застегнуть штаны, но я отвела его руки в сторону и взяла его за стоящий член. Шура часто-часто задышал, не веря своему счастью.
– Насмотрелись? – Юля выпрямилась и оглянулась. – Давай, загадывай мужу правду или действие.
– Ну? – я посмотрела на Шуру. Тот опустил взгляд.
– По очереди вроде д-действие, – сказал он, сбившись, когда я в шуточку сильнее сдавила член. Чтобы он не расслаблялся, я взяла его второй рукой за яички и начала их массировать, представляя как просуну под них пальчик и нащупаю его дырочку. Алкоголь с травой сделали меня совсем бесстрашной. Я была готова сосать, лизать и входить в мужа как угодно и на глазах у кого угодно.
– У меня есть действие, – сказала Юля. Шура хотел возразить, но я сильнее сдавила его яички, и он заблеял что-то нечленораздельное.
– Не она... – Шура даже похныкивал между словами. – Не твоя очередь!
Это возбудило меня еще сильнее. Он капризничал будто принцесса из его фантазий, оказавшаяся в руках стражников. Я кивнула Юле.
– Пускай девочка наденет белье, – сказала Юля, широко расставляя ноги. Она уже открыто опустила руку к внутренней стороне бедра и провела по ней длинным пальцем. Я видела, как покраснели Юлины щеки, и как приподняты и напряжены соски. Если бы у нее был член, он был сейчас упирался моему мужу в рот. Я даже не сразу поняла, что она сказала. А вот муж понял сразу.
– Нет, ни за что! – воскликнул он. – Это унизительно!
– Ну что ты, – я начала его успокаивать, даже прежде, чем наконец увидела в руках у Юли принесенный набор. Мои пальцы скользили по голой груди мужа под футболкой. Он весь был покрыт мурашками и мокрый от пота. Моя голова кружилась. Я хотела только, чтобы унижение мужа продолжалось и чувствовала, что это именно то, о чем он всегда мечтал со своими фантазиями про принцессу. Вот о чем он думал, кончая мне по утрам в рот.
– Надевай белье, малышка, – сказала Юля. Она смотрела на Шуру и нахально улыбалась, покачивая перед собой узкими трусиками. Они ничего не закрывали, но делали ее обнаженное тело более завораживающим. Шура покачивался, и я была уверена, что это было вызвано больше движущимися грудями и голой киской Юли, чем выпитым и выкуренным.
– Давай, милый, – сказала я. – Тебе пойдет.
– Я не буду надевать женский купальник, – Шура возмущенно поднял руки. – Поиграли и хватит, тоже мне шуточки.
Он хотел встать, но я слегка поскребла его по груди. Шура посмотрел на меня. Я чувствовала, что он слегка протрезвел после оргазма.
– Милый, – сказала я. – Мне очень хочется, чтобы ты надел этот набор. Ты будешь в нем очень красивой... ой! Красивым!
– А ну быстро надел белье! – Юля грозно шлепнула себя по груди трусиками. Я никогда раньше не видела ее такой распаленной. Тем более такой голой.
– Татьяна Викторовна! – закричал Шура. – Прогоните их!
Мы обе посмотрели на дом. На третьем этаже под крышей было открыто окно, и оттуда выглядывала Татьяна Викторовна. В руке она держала половую тряпку.
– Что там происходит? – крикнула она, щурясь, – Шура набедокурил?
Суворовец Саня