Участок вонял застоявшимся кофе и дезинфицирующим средством, лампы дневного света гудели, словно внутри них были заперт миллион мух. Сержант Гарсия слушал с каменным лицом, пока они, перебивая друг друга, сбивчиво объясняли про вечеринку у бассейна, про дурацкое пари, про предательство Лайама.
— Он просто загрузил наши фотографии! — закончила Джордан срывающимся голосом. — Мы на это не соглашались!
Полицейский откинулся на спинку жалобно заскрипевшего стула. Он постучал по своему планшету:
— Что значит не соглашались? Вот ваши профили. Тоня Кенсингтон. Джордан Чейз. Верификация по фото пройдена. Уровень согласия: Без ограничений. По закону это и есть согласие, девушки.
Прежде чем они успели ответить, он прокрутил страницу дальше и ухмыльнулся.
— Невербальное сопротивление усиливает возбуждение. Физическое сопротивление усиливает возбуждение. Унижение усиливает возбуждение. Стоп-слово: Отсутствует
Он слово в слово зачитал роковые условия, и каждое слово звучало как пощёчина. Наконец, он покачал головой.
— Это юридически обязывающее соглашение. Личности подтверждены. Всё законно. Никакого состава преступления нет.
Джордан покачнулась, вцепившись в краешек стойки.
— Но... это был просто глупый спор! Мы не создавали профили! Лайам загрузил это без нашего...
Сержант Гарсия прервал ее, подняв ладонь.
— Неважно. Ваша биометрическая верификация подтверждает, что вы загрузили фото для удостоверения личности. Системные временные метки совпадают с вашей вечеринкой у бассейна. Ваши устройства так же определены корректно.
Сержант Гарсия подался вперед, опираясь локтями о столешницу, и его пальцы постучали по экрану планшета.
— Но есть еще кое-что.
Его губы снова растянулись в хищной улыбке.
— Вот тут чуть ниже ваши профили гласят, что вы — лесбиянки в состоявшихся отношениях, которые... мечтают о членах. — Гарсия провёл пальцем по экрану, выводя очередной фрагмент их сфабрикованной биографии. Его взгляд, тёплый и липкий, как патока, метнулся между ними. — Это правда?
Джордан замерла.
— Что? Нет! Мы не геи! Мы просто друзья! — Паника сделала её голос резким, как треснувший лёд. Тоня почувствовала, как её собственная шея покрывается липким потом.
Лицо Гарсии потемнело, как грозовые тучи над пустыней. Он неодобрительно поцокал языком.
— Фальсификация профилей в «Добровольном согласии» — это тяжкое преступление, мисс Чейз. Если вы не лижете друг дружку по ночам... — Он сделал паузу, позволяя угрозе повиснуть в воздухе. —.. .вы можете получить до пяти лет в тюрьме. Там вас быстро научат, как правильно работать языком.
Дыхание Джордан перехватило.
— Нет! Извините, сержант, — запинаясь, проговорила она, сжимая дрожащую руку подруги. — Мы действительно встречаемся. Она моя девушка. Мы просто... испугались.
Гарсия медленно облизнул губу, словно кот перед миской сливок.
— То есть вы ковырялки, вылизывающие киски друг друга и мечтающие о настоящем члене, — медленно поправил он, сверля глазами Тоню. — Подтверждаете, мисс Кенсингтон?
Тоня почувствовала, как её язык стал тяжёлым и ватным, будто пропитанным свинцом. Губы Гарсии двигались слишком медленно, слишком чётко, словно он растягивал удовольствие от каждого слова. Она видела, как Джордан краем глаза бросает ей взгляд — молящий, почти животный.
— Да, — выдавила Тоня, ощущая, как это слово прожигает ей горло. — Я... мы...
Гарсия наклонился через стойку, его дыхание пахло мятной жвачкой и чем-то прогорклым. — Погромче, девушка. Для протокола.
— Да, — повторила Тоня, ощущая, как язык прилипает к нёбу, словно бумага к мокрому стеклу. — Мы... ковырялки. Лижем киски друг друга. Мечтаем о члене.
Улыбка Гарсии стала шире.
— Рад, что мы прояснили этот момент.
Он встал, его массивное тело отбросило на них тень.
— Но прежде чем мы продолжим, — он пренебрежительно махнул в сторону камер предварительного заключения за спиной, — продемонстрируйте.
Его взгляд впился в испуганное лицо Джордан.
— Давайте, маленькие шлюшки. Докажите мне, что вы обожаете лизать друг
Шурочка Место под солнцем