что-то странное стало происходить с моим телом: появилась какая-то легкость внизу живота, я начала, как будто, парить, и в этот самый момент бурно кончила.
— Да ей нравится! Она кончает, как пулемет! – секс продолжался, а я, ничего не в состоянии поделать с собой, кончала, как безумная под их членами, а они упивались своей безграничной властью над молоденькой девушкой и не задумываясь ни о чем кончали прямо в меня и я, потеряв счет своим оргазмам, тоже не вспоминала о возможной беременности.
Затем они поставили меня раком, и стали сношать втроем одновременно: один сзади и двое совали свои члены мне в рот. В последний раз они кончили практически одновременно, залив спермой меня до самого подбородка и заставили меня дочиста вылизать их головки.
— Может в попец? — спросил один из насильников.
И тут я с ужасом услышала: — Ниче, оставь, в следующий раз попец проверим! Сама прибежит – вишь как ей понравилось, вся аж растащилась!
— Пусть домой идет: а если скажешь кому, — тут старший приблизил свое раскосое лицо к моему: — то тебе – концы! Поняла!
— Иди, завтра заглянешь! – и под их довольный хохот я, оправляя испачкавшееся, все в сперме, платье, стала спускаться вниз, на улицу, желая только лишь поскорее добраться до ванной, чтобы окунуться в теплую воду.
И сама себе боялась признаться, что кроме дикого ужаса я пережила столько классный мгновений.
Я даже не представляла, как дальше закрутиться моя жизнь…
****
Розовые очки упали, и я оказалась один на один с жестокостью этого несовершенного мира.
Меня, по сути, изнасиловали. Да еще при этом лишили невинности, которую я так трепетно берегла для будущего супруга, которому и должен был достаться мой нетронутый цветок.
Трое грязных строителей силой взяли меня на стройке, практически около моего дома, и весь вечер имели меня, получая извращенное удовольствие. Но удовольствие получили не только они: я и сама, совершенно неожиданно для такой ситуации, начала кончать под одним из них, и уже так и не смогла остановиться до самого последнего момента, пока они не кончили мне в рот и в киску.
Когда они меня отпускали, то один из них обмолвился, что ей еще захочется, сама прибежит. У меня в голове не укладывалось, как такое вообще возможно, но иногда противиться голосу своего тела нет никакой возможности.
Итак, возвратившись домой, я быстро юркнула в свою комнату, незамеченная родителями, и там стащила с себя искромсанное платье и пропитавшиеся спермой и моими соками трусики, которые собрала в комок и засунула, уже в ванной, на самое дно корзины с грязным бельем.
Потом я набрала полную ванну воды и погрузилась в теплую воду, стараясь смыть со своего истерзанного тела грязь липких прикосновений этих подлецов.
Но чем больше я лежала в тишине и покое, тем больше мне хотелось повторения тех сладостных ощущений, которые я испытала, когда надо мной так жестко надругались.
Пальчики сами потянулись к набухшим, немного вывернутым наружу от долгих половых актов, губкам и, трогая красную, воспаленную плоть я пыталась вызвать к жизни те самые ощущения.
Но все было напрасно. Не было той остроты, того пугающего полета, когда ощущения от вонзающегося в тебя члена заставляет забыть обо всем.
Мне внезапно стало стыдно, что я так легко поддалась порыву внезапной похоти, и я быстро выскочила из ванной, завернулась в пушистый халатик и бросилась в свою спальню, где, забившись в уголок кровати, уснула, не видя никаких сновидений.
Утро не принесло долгожданного облегчения. Зов использованной плоти еще больше усилился, я пыталась мастурбировать, но и это не помогало.
Долгая ночь