красивом платье, которое на три четверти прикрывало ее красиво загорелые бедра и идеально облегало ее ягодицы, все замолчали.
Она была потрясающей. У меня не было ни малейшего сомнения, что их невероятно возбуждало то, что она была самой сексуальной женщиной постарше, которую они когда-либо встречали, но, безусловно, их еще больше возбуждало то, что они оба переспали с ней менее чем за двадцать четыре часа до этого.
Те десять минут, которые, как я предполагал, она будет поправлять лак, превратились в сорок минут, особенно теперь, когда она разговаривала с матерью по мобильному телефону. Джина, даже разговаривая с матерью, в какой-то момент сказала:
— У меня закончился, принесите мне другой.
Двое парней чуть не подрались, кто из них первым принесет ей еще один напиток, когда один пролил половину своего, неся его в туалет, а другой — половину своего, заглядывая в дверь.
Джина наконец вышла после разговора с матерью. Я видел, что она была как всегда жизнерадостна и в отличном настроении, потому что сказала:
— О, я вижу, вы, свиньи, снова забыли обо мне и решили пить без меня.
Они снова начали наливать ей напитки, а она улыбнулась мне, сморщив нос, словно у нее было два раба. Один из парней начал объяснять:
— Нам правда стоит подождать примерно до 10 вечера, потому что до этого времени вы будете сидеть плечом к плечу с другими. Придётся полчаса ждать, пока тебе доложат крабовую тарелку.
Джина расстроилась, услышав это, и начала говорить:
— Нам нужно помедленнее пить, иначе мы будем ползать по этому месту. — Произнося это, она сделала огромный глоток своего «Кейп-Коддера». Мы все начали подшучивать над ней, говоря, чтобы она следовала своим собственным советам.
Около 22:30, после долгой игривой перепалки о том, кто слишком много пьёт, один из молодых людей сказал:
— Нам лучше быть осторожнее, а то мы снова окажемся в той же ситуации, что и прошлой ночью.
Джина как раз сделала большой глоток, когда он сказал это, глядя прямо на меня, и ответила:
— Ты же понимаешь, что это не повторится, Скотт?
Я быстро налил себе ещё один напиток и язвительно ответил:
— Только после того, как съедим крабовые ножки.
Они оба начали улюлюкать:
— О-о-о, ну всё, ты вли-и-ип... О, чёрт, чувак, ты попал... Эй, мы ничего не говорили об этом, это всё Скотт. Мы ведём себя как идеальные джентльмены.
В этот момент Джина серьёзно улыбнулась и сказала:
— Давайте просто пойдём, ради бога.
Мы все начали допивать свои напитки, и когда Джина проходила мимо меня к двери, я схватил её, медленно развернул к себе, держа за ягодицы, и начал целовать. Она ответила на поцелуй на несколько секунд, а затем прервала его, сказав:
— Ладно, пошли уже.
Я снова притянул её к себе и продолжил целовать, пока Стэн проходил мимо нас и открывал дверь. Хихикая и потянув за собой, она начала отступать к двери, бормоча во время поцелуя: — Пошли уже...
К моему удивлению, и, уверен, к удивлению Джины, Стэн, прислонившись спиной к двери и придерживая её открытой, потянулся и поднял заднюю часть её платья. Я уже наполовину задрал его ей на ягодицы, когда он просунул руку ей под трусики сзади.
Краем глаза я заметил это и сразу же переместил свои руки ей на бёдра. Мы простояли так несколько секунд, пока он сжимал её ягодицу, а она сказала, смеясь, но с каменным лицом:
— Мы, блядь, уже уходим или нет?
Мы наконец вышли из комнаты, но я продолжал притягивать её к себе и целовать на ходу. Она шла и ухмылялась, словно говоря мне: «Этого не будет». Пока мы шли, Стэн
Отчаянная Вика 2. Кредит