возвращается из тумана, полный смятения и отвращения. Дима и Сергей Иванович отошли, застегивая одежду, и физрук, бросив ей полотенце, сказал:
— Молодец, Лера. Можешь идти, шлюшка.
Она молча поднялась, собирая свои вещи, порванные леггинсы цеплялись за ноги, напоминая о случившемся, кожа ныла от синяков и следов их рук. Её тело всё ещё пульсировало, а разум пытался осознать, что произошло, оставляя её с ощущением пустоты и страха. Она вышла из кабинета, чувствуя, как прохладный воздух спортзала обдаёт её разгорячённую кожу, но в глубине души знала — это не конец, и следы на её теле и душе останутся навсегда.
4
С того дня в кабинете физрука прошло уже несколько дней, но Лера до сих пор ощущала лёгкую дрожь в теле, когда вспоминала грубые прикосновения Димы и Сергея Ивановича. Её стройная фигура, с длинными ногами и тонкой талией, теперь казалась ей ещё более уязвимой — дома, в уютной пижаме из мягкого хлопка, она чувствовала себя почти защищённой, но не совсем. Её тёмные волосы были собраны в высокий хвост, а лицо, чистое от макияжа, выглядело усталым, но всё ещё молодым и свежим.
Мама ушла гулять с подругами ещё днём, оставив Леру дома одну с отчимом, Сергеем. Он был высоким, коренастым мужчиной под пятьдесят, с грубыми чертами лица и всегдашней лёгкой хрипотцой в голосе. Сегодня он вернулся рано, но Лера сразу поняла, что что-то не так — запах алкоголя, тяжёлый и резкий, наполнил квартиру, как только он переступил порог. Она сидела в гостиной, листая телефон, когда он ввалился, шатаясь, с бутылкой пива в руке.
— Лерка, где твой чай? — пробормотал он, плюхнувшись на диван рядом с ней. Его колено случайно коснулось её ноги, и она отодвинулась, чувствуя, как по коже пробежал холодок. — Чёрт, жарко тут…
Её сердце забилось быстрее, но она старалась сохранять спокойствие.
— На кухне, в шкафу, — ответила она, не поднимая глаз от экрана. Её пижама, лёгкая и облегающая, подчёркивала её фигуру, и она заметила, как его взгляд задержался на её бёдрах, прежде чем он снова отхлебнул из бутылки.
— Да ну его, чай… — буркнул он, наклоняясь ближе. Его дыхание, пропитанное спиртом, обожгло её щёку, и Лера напряглась, отодвигаясь ещё дальше. — Ты такая… красивая, Лер. Как твоя мама в молодости.
Её желудок сжался, но она не знала, что сказать. Её разум подсказывал встать и уйти в свою комнату, но ноги словно прилипли к дивану. Сергей положил руку ей на колено, его пальцы были грубыми, шершавыми, и она почувствовала, как тепло его ладони растекается по её коже, вызывая лёгкую дрожь — смесь страха и чего-то знакомого, что она уже ощущала с другими.
— Не надо, — тихо сказала она, но голос был слабым, почти умоляющим. Он не убрал руку, наоборот, сжал её колено сильнее, его пальцы скользнули выше, к её бедру.
— Да ладно, не ломайся, — хмыкнул он, наклоняясь ближе. Его запах — алкоголь, пот и лёгкий аромат табака — заполнил её ноздри, и Лера почувствовала, как её дыхание сбилось. Её пижама натянулась, когда он дёрнул её за талию, притягивая к себе. Ткань мягко зашуршала, обрисовывая её тело, и она ощутила, как его взгляд стал жадным, цепляясь за каждый изгиб её фигуры.
— Сергей, мама скоро придёт, — попыталась она, но он только рассмеялся, его голос был хриплым и низким.
— Не придёт, она с подругами до ночи, — сказал он, его рука скользнула под её топ, касаясь кожи на животе. Её тело напряглось, но не отстранилось — тепло его ладони, грубое
Одиннадцатиклассница и кавказцы (Части 1 - 2)