Я знал, что следующий бросок будет прямо по центру, и будет сделан аккуратно, а не сильно, как делал тот чудак на насыпи. Именно из-за переброса последние два игрока оказались на первой и второй базах. Так что, да… подача прилетела, как я и ожидал, и я ждал, переместив правую руку далеко вверх по бите… чтобы отбить мяч по линии третьей базы.
Я не был настолько лишен координации, чтобы не суметь прикрыть медленно летящий мяч куском ореха гикори. Соперники, видевшие, насколько я беспомощен, были застигнуты врасплох. Так что, у них не было никаких шансов против меня. Я мчался по линии к первой базе, в то время как Майки пронесся через всю площадку и сделал победный бросок. И тогда я впервые понял, что возможно всё.
Наши ребята окружили Майки у дома, а соперники с отвращением покинули поле. Мой папа кинулся меня обнимать, когда я добежал до первой базы. С ним была моя девушка Юки. Юки была очаровашкой, маленькая японская куколка… ростом метр пятьдесят пять и весом сорок пять килограмм. Они оба были так же взволнованы, как и пятнадцать других игроков, празднующих почти в тридцати метрах от нас.
Мой отец был невысоким и коренастым, как и все мы. Ну, то есть, серьезно… Я понятия не имел, откуда берутся высокие и худые. Кто бы ни внес эти гены, он, должно быть, сделал это до реставрации Мэйдзи… с точки зрения поколений, то есть. Поскольку никто другой в семье был высоким, а я была японкой до мозга костей.
Юки и я были первым поколением, родившимся в Соединенных Штатах. Наших дедов наняли в качестве дешевой рабочей силы на замену китайцам, которые проложили Трансконтинентальную железную дорогу и работали на золотых приисках Калифорнии. А новые японские иммигранты привезли с собой своих детей. Эти дети были нашими родителями.
Американскому бизнесу всегда нужны иностранцы, которых можно эксплуатировать… от ирландских патрульных полицейских до итальянцев в строительстве и поляков на фабриках. Мы, японцы, заменили китайцев… которых бесцеремонно выдворили из США в соответствии с Законом о выдворении из страны 1882 года. Тем не менее, у нас есть особый талант выращивать урожай на небольших участках, и мы быстро стали доминировать на овощных рынках благодаря нашим небольшим фермерским хозяйствам.
Естественно, мы также ловили рыбу лучше, чем кто-либо другой. Поэтому лучшие рыболовецкие флотилии и консервные заводы располагались на острове Терминал. Ими владели японцы… вернее, владели ими настолько, насколько могли… поскольку нам все равно приходилось преодолевать предрассудки соседей.
Мы с Юки выросли в Маленьком Токио, в условиях жизни представителей среднего класса, которые наши японские предки и представить себе не могли. Ее отец владел полудюжиной рыбацких лодок, а мой отец - консервным заводом. Оба наших родителя унаследовали все это от своих родителей, которые превратили наше умение ловить рыбу в огромную империю.
Все мы, японцы, прибыли в страну как легальные иммигранты, и благодаря Четырнадцатой поправке мое поколение было американцами с рождения. Но все равно сталкивалось с теми же предрассудками, что и китайцы. Англосаксы не хотели, чтобы мы жили среди них… в конце концов, мы были «желтой угрозой». Так образовался Маленький Токио, процветавший отдельно от остальной части Лос-Анджелеса.
Мы построили школы, храмы и церквушки, а также рынки и рестораны - прямо здесь, в нашем маленьком, малозаселенном уголке Лос-Анджелесского бассейна. Мы переняли американские традиции, такие как бейсбол, хот-доги и яблочный пирог. Однако привнесли в них японско-американский культурный колорит. Так, баптистская церковь спонсировала детские турниры по сумо, а буддийский храм организовал отряд бойскаутов,
Новогодняя прогулка