площадью в четыре гектара, с маленькими тропинками, прорезающими лес и луга. Он существует и сегодня, хотя и был застроен.
Я следовал за покачивающейся попой Юки через улицу Толука в парк. Мне пришла в голову ироничная мысль, что она всегда ведет меня в заросли, когда должно произойти что-то важное. Мы шли сквозь деревья и вверх по холму, пока не вышли на край луга, усыпанного желтыми одуванчиками. Я всегда считал их красивыми, а не сорняками.
Вид на центр Лос-Анджелеса с нашей возвышенности был потрясающим. Вокруг нас слышались все шумы оживленной жаркой летней ночи. Пахло лесом и землей. Полная луна озаряла окружающие деревья неземным светом.
На Юки было простое белое платье. Ее великолепные стройные ноги были вытянуты перед собой. С ее идеальным лицом и огромными темными глазами она напоминала классическую японскую кудзюрю - лесную нимфу. Она грациозно села и похлопала по траве рядом с собой. Я сел. Только вот я неуклюже плюхнулся на землю, потому что я - мужчина. Я одарил ее извиняющейся улыбкой, и она улыбнулась в ответ.
Юки сказала:
— Нам нужно прийти к взаимопониманию.
Мне не понравилось, как это прозвучало. Я настороженно спросил:
— К взаимопониманию? О чем?
Она посмотрела на меня как на идиота и просто сказала:
— О нашем будущем как мужа и жены. Мы не занимались сексом с тех пор, как ты вернулся домой. Почему? Я теперь вызываю у тебя отвращение?
У меня внезапно возникло тревожное предчувствие. Может, я слишком много об этом думал? Я просто предположил, что Юки понадобится время, чтобы оправиться от похищения. Поэтому я старался быть внимательным к ее чувствам… активно избегая всего, что могло бы напомнить ей об этом опыте, в частности, о сексе. Вместо этого Юки истолковала это как то, что я не хочу ее, потому что она была осквернена Сакамото… О, женщины!!!
Я был уверен в нескольких вещах. Во-первых, в моей жизни никогда не будет другой женщины, кроме Юки. Она - идеальна: умная, красивая и сильная, настоящая спутница на всю жизнь. Я также знал, что в этом мире я не найду двух Юки. Ее похитил и изнасиловал безумный бывший муж, но она не испытывала ненависти или недоверия к мужчинам - или, возможно, правильнее сказать, ко ВСЕМ мужчинам.
Я просто сказал:
— Я идиот. Я хочу заниматься с тобой любовью два раза в день и три раза по воскресеньям. Но заставлял себя избегать секса с тобой, пока ты не переживешь свой отрицательный опыт с Сакамото.
Юки бросила на меня предупреждающий взгляд, как будто я должен действовать очень осторожно. Я слегка хмыкнул и сказал, смущаясь:
— Так, хочешь сказать, что ты опять готова заниматься сексом?
Юки взорвалась смехом и сказала:
— Ты и впрямь идиот. Для меня любовь с тобой - это исцеление, а не боль. Я хочу, чтобы ты трахал меня, пока смерть не разлучит нас.
В этот момент мы стали единым целым. Сексуальное напряжение, нараставшее в течение недели, вылилось в спонтанный поцелуй. Юки застонала, прижалась ко мне, и ее рот широко раскрылся, в то время как наши языки вступили в схватку.
Так мы целовались, казалось, целую вечность, сливаясь друг с другом, словно создавая четвероногого человека. Затем откатились в стороны, оба потрясенные той колоссальной волной страсти, которую выпустили на свободу. Я посмотрел на Юки, и ее глаза были дикими от тоски.
Мы опять начали целоваться. Но на этот раз я оказался сверху. Она тяжело дышала, широко раздвинув ноги, приподняв колени и болтая ступнями. Может быть, инициатором была она, а может, я. Знаю только, что окончательное соединение произошло без малейшего воспоминания о том,
Между небом и землёй