не уступай сильно. А то потом ко всем нашим с такими ценами придут.
— Понял, - улыбнулся я. - А они вообще трезвые работают?
— По-разному, - уклончиво ответила тетя Света. - Но дело свое знают. Вот держи. - Она протянула листок с номером. - Борька это. Скажи, что от меня. Он посговорчивее будет.
Я вышел из магазина, набрал номер. Трубку взяли после второго гудка.
— Ало, - раздался хриплый мужской голос, в котором чувствовался и табак, и перегар, и многолетнее утро с похмелья.
— Здравствуйте, меня зовут Артём, мне дали ваш номер, сказали, что вы можете помочь по стройке и ремонту.
— Да, да. Ты где? Ща подъедим.
— Я возле магазина.
Я не успел даже сказать, какого именно магазина. Мужчина бросил трубку, и я остался стоять у крыльца «Продуктов», глядя на закатное небо. Хорошо здесь было вечером. Пахло сиренью, нагретой землей и еще чем-то неуловимым, чего в городе не бывает. Может быть, свободой.
Минута. Другая. Третья. И вдруг из-за поворота, лихо завизжав шинами по гравию, вылетела ВАЗ-2199. Вся тонированная, с затемненными стеклами, с музыкой, от которой, казалось, сейчас лопнут динамики. Не музыка - пердящая какофония, в которой я с трудом узнал какой-то старый русский шансон.
Машина затормозила прямо передо мной, брызнув мелкими камешками. Дверь открылась, и из нее вылез мужчина. На вид - лет сорок, может, сорок пять. В спортивном костюме - темно-синяя «адидас» с тремя полосками, кепка «бейсболка» с непонятным логотипом, кроссовки. На лице - щетина, в глазах - та самая смесь наглости и добродушия, которая бывает у людей, привыкших жить в мире, где законы пишутся не в думе, а в курилке у сельпо.
— Ты звонил? - спросил он, оглядывая меня с головы до ног.
— Да, - кивнул я. - Артём.
— Боря, - он кивнул на машину. - А это мои ребята.
Из машины, кряхтя и матерясь, начали вылезать остальные. Я насчитал четырех. Все примерно того же возраста, все в аналогичных спортивных костюмах, только у одного - «Найк», у другого - вообще непонятно что, но стилистически единообразно. Кепки, кроссовки, стрижки под ноль или «полубокс». И запах. Запах, который накрыл меня с первых секунд - густой, тяжелый коктейль из перегара, дешевого табака, машинного масла и еще чего-то, что я идентифицировал как мужской пот, щедро сдобренный дешевым адеколоном.
— Чего надо? - спросил Боря, прищурившись. - Ты ж сказал - ремонт.
— Баню достроить, - ответил я, стараясь не морщиться от амбре. - И так, по мелочи на участке помочь.
— Садись, - Боря кивнул на машину. - Посмотрим.
Я покосился на салон. Там, на заднем сиденье, уже сидели трое - вчетвером, как я понял, они каким-то чудом уместились, хотя машина явно не была рассчитана на пять пассажиров. Один из них, молодцеватый мужик с золотой цепью на шее, плюнул в окно и усмехнулся.
— Не бойся, не укусим, знакомься Денис, Валера, Колька и Саня - сказал Боря, заметив мое замешательство. - Садись спереди. Место чистое.
Я сел. Машина с визгом рванула с места, и через пару минут - деревня маленькая, от магазина до нашего дома три минуты ходьбы - мы уже остановились у ворот. Я вышел, открыл калитку, и мы всей толпой двинулись на участок.
— А, так это вы купили этот дом, - сказал Боря, оглядываясь. - Хозяин бывший - мой одноклассник. Игнатьич, царствие ему небесное, хотя он живой, просто дурак. В Америку собрался, представляешь? Бросил все, и туда. Говорит, там жизнь. А какая там жизнь? Там даже бани нет нормальной.
Хват- Раковая Шейка-2