дрогнули в едва заметной улыбке, когда его дыхание стало глубже от её касаний.
Она перешла к проверке координации, подняв руку и вытянув ладонь перед ним.
— Повтори за мной, — сказала она, её голос звучал мягко и нежно, а во взгляде мелькнула искра. — Коснись пальцем носа, потом моей ладони. — Артём выполнил, его рука дрожала, и когда его пальцы коснулись её ладони, она не убрала руку сразу, позволив контакту затянуться на лишнюю секунду. Её кожа, даже через перчатку, казалась тёплой, и это мимолётное касание, её неподвижность, её взгляд, задержавшийся на нём, заставили его сердце пропустить удар.
Она выпрямилась, её грудь поднялась от вдоха, и халатик чуть распахнулся, открывая ещё больше загорелой кожи.
— Открой рот, скажи "Ааа", — попросила она, отступив на шаг и включив фонарик на смартфоне.
— Аааа, — выдавил Артём, стараясь не встречаться с ней глазами. Его голос дрожал, хриплый и неуверенный.
Она наклонилась ближе, её волосы упали вперёд, слегка касаясь груди, и направила свет в его горло. Её лицо было так близко, что он чувствовал тепло её дыхания на своей щеке, видел лёгкий блеск её губ, слегка приоткрытых, словно она собиралась что-то сказать. Её улыбка мелькнула снова, тёплая, почти дразнящая, и Артём понял, что этот осмотр, с её касаниями, её взглядом, её близостью, будет самым долгим и самым волнующим испытанием в его жизни.
— Хорошо, — сказала она, выключив свет на смартфоне. Её голос был спокойным, но в нём чувствовалась лёгкая дрожь, которую она старалась скрыть. — Теперь вставай, подойди ближе...
Артём поднялся, нерешительно шагнув к ней. Она взяла стетоскоп, холодный металл коснулся его груди, и она начала слушать, слегка наклонив голову. Её тёплое дыхание касалось его кожи, а аромат её духов кружил голову. Её пальцы мягко прижали диск к его телу, медленно перемещая его по грудной клетке. Она задержалась у сердца, и Артём почувствовал, как её дыхание участилось — или это ему показалось? Затем она передвинула диск стетоскопа ниже, к рёбрам, и её рука ненадолго замерла, чуть надавив на кожу.
Наконец она опустила стетоскоп ещё ниже, на самый низ живота, почти касаясь натянутой резинки микро-плавок. Артём вздрогнул. Обычно стетоскоп не опускали так низко, но она сделала это совершенно уверенно, словно это было частью обычной процедуры. Диск лёг прямо над тонкой тканью, и он почувствовал, как её пальцы в перчатках слегка прижимают его кожу.
— Дыши глубже, — попросила она, её голос был мягким, почти шепчущим. Она слегка улыбнулась, продолжая слушать, и её пальцы в перчатках ненадолго сжали его бок, словно невзначай.
Закончив, она отложила стетоскоп и сказала:
— Теперь подними руки...
Артем ощутил, как каждый мускул напрягается под её взглядом от смеси стыда и возбуждения. Она взяла измерительную ленту, мягкую и прохладную, и начала обмерять его. Сначала грудь — лента скользнула по коже, слегка касаясь сосков, и Артем невольно затаил дыхание. Её пальцы задержались, чуть надавив, и он затаил дыхание, чувствуя, как жар растекается по телу. Потом талия — она провела лентой вокруг, и её руки мягко прошлись по его бокам, словно лаская, а не измеряя. А затем она перешла к бёдрам. Артем замер, когда она натянула ленту прямо поверх того места, где ткань плавок оттопыривалась сильнее всего. Она не стала держать кончик сбоку, как делают обычно, а прижала его прямо к бугру на плавочках, слегка надавив рукой на туго обтянутый треугольник ткани. Её пальцы в перчатках коснулись его там, и он почувствовал, как волна жара прокатилась по всему телу.
Артём и Карина. Студенческий санаторий (Часть 3)