стала частью мебели — кресло, плед, девочка. Живая, но не здесь.
Потом был отдых. Никто не считал время.
Влад и Максим ушли в душ первыми. Я слышала, как шумит вода за стеной, как они переговариваются — не разобрать слов, только низкие голоса, смех. Потом вернулись, мокрые, с каплями воды на плечах, и сели на диван, вытирая волосы полотенцами.
Инна и я тоже посетили ванную. Мы стояли под горячей водой, прижавшись друг к другу, и я чувствовала, как вода смывает с моей кожи чужой запах — пот, чьи-то прикосновения, возбуждение, которое ещё не отпускало. Инна мылила мне спину, я — ей. Молча. Потом она поцеловала меня в плечо, я — её в шею. Без слов.
Когда мы вышли, комната уже снова гудела. Денис сидел в кресле, крутил в руках знакомый прозрачный пакетик. Белый порошок внутри пересыпался при каждом движении. На стеклянной столешнице уже были высыпаны дорожки — ровные, аккуратные, как всегда.
— Иди сюда, — сказал он.
Я подошла. Взяла скрученную купюру, наклонилась над дорожкой. Вдохнула. Порошок обжёг носоглотку, глаза защипало, но через несколько секунд горечь ушла, и мир стал другим. Чётким до рези в глазах. Я слышала, как скрипит кожа дивана под Юрой, как дышит Инна у меня за спиной, как тикают часы на стене. Всё вокруг было слишком отчётливым.
Кальян уже дымился на столе. Женя затянулся первым, передал Инне, та — мне. Дым был лёгким, безвкусным, почти невесомым. Я задержала его в лёгких, выдохнула медленно, чувствуя, как марихуана стирает острые края, снова делает мир мягким, тёплым, обволакивающим. Кокаин и травка смешались во мне — чёткость и мягкость одновременно. Я видела каждую ворсинку на ковре, каждый блеск в глазах Инны, каждый волосок на теле Влада. И всё это было прекрасным.
Мы сидели, курили, пили шампанское. Яна и Марина устроились на диване, перешёптывались, хихикали. Юля сидела на коленях у Дениса, гладила его по груди, что-то шептала на ухо. Инна прижалась ко мне, положила голову на плечо. Влад и Максим пили минералку и смотрели на меня. Их взгляды не стали мягче. Они отдыхали, но не забыли.
Оля сидела в кресле, закутанная в плед, и смотрела в одну точку. Она не пила, не курила, не разговаривала. Просто была.
Инна погладила меня по волосам.
— Как ты? — спросила она.
— Хорошо, — ответила я. И это было правдой.
Мы сидели в тишине, нарушаемой только музыкой и редкими словами. Кто-то курил, кто-то пил, кто-то просто смотрел в потолок. Время тянулось медленно, как патока.
Потом Денис встал, подошёл к музыкальному центру, сменил трек. Музыка стала медленнее, тягучее, басы глубже. Он повернулся к комнате, обвёл всех взглядом.
— Ну что, — сказал он. — Отдохнули?
Никто не ответил. Но все поняли.
Влад и Максим переглянулись. Встали. Подошли ко мне. Я сидела на диване, прижавшись к Инне, и чувствовала, как внутри всё ещё пульсирует после того, как мы ласкали друг друга. Мои пальцы были влажными, липкими. Я вытерла них о край дивана.
Влад и Максим смотрели на меня. Не на Олю, которая сидела в кресле. Не на Инну, не на Юлю. На меня. Влад чуть приподнял бровь, и в его глазах зажглось что-то — любопытство, интерес, желание. Максим просто смотрел — тяжело, не отрываясь.
Инна заметила.
— Ты для них новенькая, — шепнула она. — Раньше они тебя не знали. А теперь ты им очень интересна.
Она улыбнулась, поцеловала меня в висок и встала.
— Иди к ним, — сказала она. — Я буду с Юрой.
Она ушла к Юре, села к нему на колени, обвила руками его шею. Он
В гостях у тети