В ожидании следующего пациента Александр Николаич крутил в пальцах смартфон Ромашки. Еще вчера, получив устройство от Анжелики, гипнотизер отправил с него компрометирующее видео Любе, однако сообщение так и оставалось в статусе «Отправлено». Не «Прочитано», не даже «Доставлено», а по-прежнему «Отправлено». Стало быть, Любовь подошла к делу максимально ответственно и либо удалила Ромашкин контакт, либо заблокировала. Что ж! А ведь план был так хорош: подослать к Ромашке проститутку, которая скоммуниздит у него телефон, а уже он, Николаич, перешлет нимфоманке Любе запись, на которой ее возлюбленный шпиливилит собственную мать, отчего у девчонки разовьется отвращение ко всему его семейству, и она не захочет иметь с мальчишкой ничего общего по собственной воле. Тогда осталось бы пригласить ее к себе на прием и снять вынужденные установки. Но нет же!
Он переслал файл себе и отправил ей со своего смартфона, но оно снова не доставилось — видимо, у нее в настройках стояли ограничения на получение сообщений по мессенджеру с неизвестных приложению номеров. Обычная практика в условиях телефонного мошенничества. «Будь прокляты все эти передасты, занимающиеся разводом граждан от лица якобы банков, МФЦ и спецслужб!», подумал Николаич и пожелал им в самый пикантный момент с большегрудой красоткой испытать все прелести импотенции и диареи.
Сегодня он планировал отправить к Ромашке другую проститутку, чтобы она подкинула ему телефон и пропитала его своими флюидами. Однако, сделать это ему предстояло после ближайшего сеанса. На 12:00 был записан некто Виктор Степанович с какой-то крайне деликатной проблемой, о которой он постеснялся сообщить в анкете. Николаич глянул на часы: 11:59. Затем на монитор ноутбука, где транслировалась запись с камеры наблюдения в фойе: входная дверь открывается, и на пороге появляется мужчина средних лет с пивным животиком и залысиной. «Ну здрасьте, Виктор Степаныч!» подумал Николаич, вставая с кресла.
Спустя пару минут они сидели друг напротив друга в двух уютных креслах с высокими спинками. Николаичу было крайне непривычно беседовать в этом офисе с мужиком. Он предложил Степанычу кофе, тот не отказался. По его скованному положению было видно, что тот сильно нервничает. Николаич, разливая кофе по чашкам, как бы невзначай расспрашивал пациента о семейном положении и работе. Тот чувствовал себя весьма сконфужено, но все же отвечал. Работает он, мол, в офисе специалистом по охране труда, сидит в тесном кубрике по соседству с парой бухгалтерш и заместителем начальника отдела кадров. Работа сидячая, скучная, но неплохо оплачивается. В офисе мужиков немного, и в основном вращается он в женском коллективе. Дома двое детей — дочерей — и вторая жена. В общем, окружен он был одними бабами. Тем временем, Николаич поставил перед ним чашку кофе и рафинад в хрустальной вазочке. Окинул пациента взглядом и догадался, что выудить проблему, с которой он решил обратиться к психологу, просто так не удастся. Нужно действовать более филигранно.
Во время беседы Александр Николаич ходил вокруг да около его отношений с женой, дочерьми и коллегами, прощупывая почву и подготавливая его к сеансу. Пара шуток про зятя и тещу. Степаныч заулыбался и немного расслабился в кресле. Однако, здесь тоже было мимо. Работой он был в целом доволен, на женский коллектив не жаловался, хотя затык, чувствовалось, был где-то здесь. Методом дедукции Николаич стал отсеивать из тех проблем, с которыми взрослый мужик мог прийти к психологу, лишнее. В корзину отправились стресс, депрессия и тревоги, связанные с конкуренцией и давлением на работе. Затем были вычеркнуты творческое выгорание и проблемы со взаимоотношением с детьми. Переживания проблемного развода — нет. Чрезмерная самокритичность и несоответствие шаблону идеального мужчины — тоже
Невероятные похождения гипнотизера Николаича (Части 1 - 3)