— Совсем нет, в этом-то и была вся прелесть — в неизвестности.
Её голос тоже выдавал растущее возбуждение. Профессор остановился перед девушкой и начал ласкать её грудь. Луиза гордо и покорно стояла перед профессором, пока он ласкал её выпирающие соски, грубо сжимая и перекатывая их между пальцами. Колючие иглы болезненного удовольствия пронзали девушку, ноющая киска жаждала ласки, и потребность только усиливалась.
— Маленькая, грязная шлюшка, — сказал он, глядя девушке прямо в глаза. — Запросто возбуждаешь мужчин своей внешностью и телом. — Луиза поморщилась от боли и посмотрела на профессора, девичья вульва была влажной и ноющей. — Сейчас проверю, насколько ты послушна, — сказал профессор, отпустил девчонку и повернулся, чтобы открыть ящик стола.
Когда мужчина повернулся к девушке лицом, Луиза увидела в его руке два больших фиксатора для сосков.
— Возьми их, — твёрдо сказал профессор. — Возьми и надень по одному зажиму на каждый сосок.
Луиза посмотрела на него. Ужас, который испытывала девушка, должно быть, отразился на её лице, потому что профессор злобно ухмыльнулся в ответ. Какое-то время Луиза не двигалась, потом медленно взяла зажимы из его протянутой руки и посмотрела на эти угрожающе мощные инструменты.
— Ну, и.…?
Луиза с некоторым усилием раскрыла один зажим и поднесла к левому соску. Тяжело дыша, она на мгновение закрыла глаза и сделала глубокий вдох, пытаясь ослабить давление на сосок. Но всё равно девушка вскрикнула, когда холодный металл с силой сдавил упругий сосок, превратив красивую твёрдую бусинку в тонкий кусок плоти. Профессор внимательно наблюдал за происходящим. Его член дёрнулся при виде того, как девушка сама себе причиняет боль. Мужчина заметил, как в уголках её глаз выступили слёзы.
Пытаясь унять боль, Луиза стиснула зубы. Но она не смогла сдержать крик, когда прикрепила другой зажим ко второму соску. Боль была неописуемой: жгучей и невыносимой. Но, несмотря на это, она почувствовала сильное возбуждение. Возбуждение иного рода, самоистязание — ещё один урок, который ей предстоит усвоить на всю жизнь благодаря профессору.
— Хорошо, очень хорошо, — похвалил он. — Ты молодец, сучка. А теперь твоя награда.
Профессор наклонился, стянул с девчонки трусики, и, опустившись на корточки, принюхался к её промежности. Почувствовав исходящий от неё аромат, мужчина довольно застонал. Затем он грубо схватил Луизу за волосы, завёл одну руку ей за спину и с силой толкнул к столу.
— Грёбаная сучка, — выдохнул он в ухо девушки, резко оттянул её голову назад и задрал руку повыше, между лопатками.
Луизе нравилось, что профессор так грубо с ней обращается, как и то, как он сжимает её соски. Но ей хотелось большего.
Профессор с силой придавил её голову к столу, разгорячённое лицо оказалось прижатым к твёрдой деревянной поверхности. Запах полироли заполнил ноздри. Насильник схватил девушку за другую руку и завёл за спину, присоединив к первой. После чего прижал руки к спине и заставил Луизу прогнуться. Сильные руки сжимали её запястья. Мужчина крепко удерживал девчонку, а его твёрдый член упирался в упругие ягодицы.
Луиза застонала от боли в руках. Девушке было трудно дышать из-за того, что профессор давил ей на спину. Одной рукой мужчина дотянулся до её промежности и вставил член во влажную киску, а затем снова как в тисках сжал её запястье.
— Грязная маленькая сучка, тебе нравится член, да, шлюшка? — голос от возбуждения стал тоньше и громче.
Профессор грубо ворвался в девушку, и Луиза ахнула, когда твердокаменный член на всю длину вошёл в неё. Насильник начал грубо вдалбливаться в девушку, с силой прижимаясь бёдрами
Два откровения