дышал в такт с ней, насколько это было возможно, а затем двинулся дальше.
Медленно я приподнял подол ее платья вверх по бедрам, пока не обнажил ее киску. Она была розовой и блестящей, и я мог сказать, что она была абсолютно возбуждена этим так же сильно, как и тогда, когда мы оба были грубы и требовательны. Я нежно поцеловал ее в бедро, а затем поднял голову, чтобы встретиться с ней взглядом. - Я люблю тебя, Сабрина. Мне нужно, чтобы ты знала, что я говорю серьезно.
— Я знаю, - сказала она, приподнимаясь, чтобы обхватить мое лицо руками. - Я тоже тебя люблю. И я знаю, что ты тоже любишь Джемму.
— Это не...
— Джон, прекрати, - сказала она и нежно поцеловала меня. - Я не пытаюсь все испортить. Я просто... Ты должен сказать ей это. Тебе нужно сказать ей, что ты любишь ее, по-настоящему. Только не это твое "люблю тебя сейчас".
— Она знает, - сказал я.
— Она знает, потому что вы говорили об этом, или она знает, потому что вы оба испытываете эти чувства? - спросила она меня.
Я не смог ей ответить. В отношениях с Джеммой все перепуталось.
— Прости, - сказала она, глядя на выражение моего лица. - Я просто не хочу, чтобы тебе было больно, если ты будешь прятаться от этого.
Я не знал, что сказать, поэтому поцеловал ее. Когда я отстранился, то вздохнул. - Знаешь, из-за тебя мне довольно сложно заниматься с тобой любовью, - сказал я. - А теперь ты позволишь мне съесть мой десерт и насладиться как минимум тремя оргазмами от тебя, или как?
— Да, пожалуйста, малыш, - мягко улыбнулась она.
Я перевернул ее на спину и низко склонился между ее ног. Сейчас было не время думать о Джемме, и, чтобы отвлечься, я приник губами к чудесной киске Сабрины и начал долгую, неспешную игру в поддразнивание.
В течение следующего получаса я усиленно трахал Сабрину. Не в том смысле, как это обычно бывает, когда ты требуешь, чтобы она задержала свой оргазм или использовала маленькие кусочки боли и удовольствия вместе так, как ей нравится. Вместо этого я был совершенно нежным и полностью отдавал себя. Я просто плыл по волнам ее удовольствия и ни разу не опрокинул ее за край.
По крайней мере, до тех пор, пока она не начнет умолять.
— Пожалуйста, малыш, - выдохнула она. Ее лодыжки мягко барабанили по моей спине. Ее ноги были закинуты мне на плечи, а пальцы запутались в моих волосах, пытаясь удержать меня между своих ног. - Пожалуйста, позволь мне кончить. Я хочу кончить для тебя.
— Скажи мне, что любишь меня, - сказал я.
— Я люблю. Я так сильно люблю тебя, Джон. Ты самый лучший. Лучший любовник. Лучший партнер. Лучший парень.
Я коснулся языком ее клитора и пошевелил пальцами, которые были в ее киске, задевая точку G, и она кончила с громким выдохом. Она истекала соком, но не брызгала, и я с удовольствием облизал ее вокруг своих пальцев, пока она сочилась.
Затем я снова подошел к этому краю, и, когда она кончила во второй раз, она простонала: - Я люблю тебя. - В третий раз она не произнесла ни слова, только тяжело дышала и стонала, когда кончила еще сильнее. В этот момент у меня было три пальца внутри нее, а два пальца другой руки были глубоко засунуты ей в задницу.
Когда она отошла от оргазма, то села, притянув мое лицо к своему, чтобы снова поцеловать меня.
— Убери свои пальцы из меня, пожалуйста. Теперь моя
наблюдения за мамой