увиденное немного сбило меня с толку. Было похоже на то, как если бы я оказалась за кулисами театра. По потолку тянулись всевозможные трубы, кабели, воздуховоды и прочее. Там были большие полотна из холста, используемые, видимо, для создания декораций. Вдоль одной из стен стояли вешалки с одеждой, служившей костюмами для актёров, а вокруг были разбросаны осветительные приборы и другие театральные штучки.
Я услышала голоса и решила, что это могут быть парни, поэтому стала пробраться в их сторону. Мне пришлось миновать пару квартир, и, наконец, я попала на главную сцену.
Я остановилась как вкопанная. Место вокруг меня было похоже на темницу. Темницу в стиле испанской инквизиции. Там были всевозможные столы и колодки, сделанные из труб, больших деревянных крестов и прочего, а на стенах висели кнуты, кандалы, цепи и бог знает что ещё. На трубах на потолке висели лампы, три или четыре штатива на роликах, а в середине стояла такая же огромная кровать, как в комнате Джерри, резко контрастирующая со средневековой темой пыток, украшающей стены. Всё её убранство было из шёлка, атласа, больших подушек и всего такого, а за её дальней стороной сидели и разговаривали Los Cinco Hermanos.
У меня возникло странное чувство в животе, когда я поняла, каким именно видом кинопроизводства может увлекаться Джерри. И какой должна была быть сегодняшняя съёмка... та, которую им пришлось отменить. Я, наверное, выглядела как олень в свете фар, когда Джексон заметил меня.
— Парни, у нас гости, — тихо сказал он Джерри.
Джерри оглянулся и увидел меня.
— Дерьмо.
Я сама иногда использовала это простое выражение, но в его устах оно говорило о многом: меня не должно было быть там, я не должна была знать о его настоящих делах. И тут меня осенило... «Himeros Productions». Химерос был греческим богом Похоти. Сын Афродиты и Ареса, один из Эротов, бегающий как Эрос вокруг и стреляющий в людей своими стрелами.
Джерри снимал порно. Бля! Я повернулась, чтобы убраться оттуда к чёрту.
— Эй, Бет! Подожди секунду! — крикнул мне Джерри, но я продолжала пытаться обойти беспорядок на своём пути, чтобы вернуться к двери.
— Эй, подожди! — снова крикнул он, и я услышала, как он идёт за мной. — Это не то, что ты думаешь! — а затем добавил: — Ну, может, и то, но это не имеет к тебе никакого отношения! Серьёзно! Постой...
Я была так занята, сосредоточившись на полу передо мной и голосе Джерри, что не заметила Джексона, вставшего между мной и дверью. Я врезалась прямо в него. Слава богу, он подхватил меня! Падая, я могла бы сильно удариться.
— Эм, слушай, извини, - начала я, обращаясь к нему. — Мне не следовало здесь находиться. Я помешала. Извините, что вмешалась. Вы, ребята, делайте то, что делаете. Я просто вернусь наверх, заберу свою одежду у Молли и уйду...
Я не давала ему возможности вставить хоть слово, и он просто положил мне руку на рот. Сказать, что мои глаза были как блюдца, было бы преуменьшением.
— Может быть, вам стоит перевести дух, мэм, — сказал он мне. — И перестаньте извиняться. Вы не сделали ничего плохого. И я, например, совершенно не хочу, чтобы у вас сложилось неправильное впечатление. Может быть, вам стоит дать Джерри высказаться...
Он медленно убрал руку от моего рта. Я всё ещё смотрела на него.
— Я не хотел вас напугать, мэм, — извинился он, изучая моё лицо.
Он не напугал меня. Ну, если по правде, то напугал. Но не своим неожиданным появлением. Меня накрыло воспоминание об играх в «связывание», в которые я
Пять Братьев (Главы 8 - 9)