— Я ваша лесбиянка-пиздолизка, мисс Вейл. С дырками для ебли. И я буду растягивать свою попу, чтобы меня было удобнее трахать.
Мисс Вейл победно улыбнулась и почесала Тоню за ухом, словно котёнка, который наконец-то научился использовать лоток.
— Правду говорить легко и приятно, не так ли? — Она мягко взяла Тоню за голову и потянула её вниз. — А теперь покажи, чему ты научилась.
**
На другом конце города Джордан прижалась к холодному стеклу, наблюдая, как городские огни сливаются в мутные полосы за окном. Машина неслась по вечерней трассе, Маркус одной рукой крутил руль, а другой неловко тыкал во что-то в телефоне.
Всего двое. Она сама села в машину. Она должна быть благодарна? Джордан помотала головой. Она почти ничего не знала о Маркусе. Ну кроме того, что ему нравится глубокое горло, со смешком поняла она. Забавно. Скоро она действительно научится опознавать одноклассников по их членам.
— Долго ещё? — он попыталась понять, где они. Джордан редко бывала в этой части города.
— Ещё минут пять, — Маркус бросил телефон на панель. — Тебе у нас понравится. В доме переделанный подвал, там удобный диван, кресла. Для отдыха. — Он бросил на неё взгляд, и уголок его рта дёрнулся в усмешке. — Ты там... расслабишься.
Джордан кивнула и отвернулась к окну. Улицы проплывали мимо неё, размытые дождём и её собственными мыслями. Она закрыла глаза, пытаясь поймать эхо того чувства — того странного, мучительного блаженства, когда её тело наслаждалось под мальчиками из 12-Б, несмотря на кричащий разум. Тогда она потеряла счёт времени, рукам, членам... только волны удовольствия, накатывающие одна за другой, пока сознание не растворилось в белом шуме.
Машина резко затормозила у подъезда большого особняка, залитого желтым светом уличных фонарей. Джордан машинально одёрнула юбку — этот жест уже вошёл в привычку, хотя толку от него не было никакого. Её школьная форма всё так же была пародией на костюм порнозвезды: микроскопическая шотландка едва прикрывала ягодицы, а прозрачная блузка оставляла её грудь практически голой.
Маркус толкнул ржавую металлическую дверь плечом, и она со скрипом открылась, обнажив тёмный провал лестничного колодца. Джордан на мгновение заколебалась — воздух, хлынувший оттуда, ударил ей в лицо тяжёлой смесью мужского пота, пива и гулом низких голосов. Раздался чей-то смех.
Лестница скрипела под их ногами, внизу мерцал тусклый свет. Когда её глаза привыкли к полумраку, она разглядела просторный подвал, действительно обставленный с претензией на роскошь: кожаные диваны, барная стойка с подсветкой, телевизор с консолью, даже небольшой бильярдный стол. Но главное не это.
В комнате было шесть мужчин — не мальчиков, как в школе, а взрослых, крепко сбитых мужчин под тридцать, с тяжёлыми взглядами и пивными бутылками в руках. Они сидели, развалившись на диванах, обсуждая что-то, но замолчали, когда увидели Джордан в её шлюховской униформе.
Добровольное согласие. (Глава 5)