— Маааакс. — нежно произнесла она, рухнув мне на грудь.
— Ты выпила много. Давай я принесу тебе воды. — с толикой заботы сказал я.
Мама медленно кивнула.
Добравшись до бара, я заказал воды с лаймом.
— Нет, текилу, позалуста.., ой. — протянула она, засмеявшсиь. Бармен молча посмотрел сначала на неё, затем на меня.
И хотел было я что—то сказать, но решил довериться ей. Я махнул, и бармен вытащил заготовленный шот.
Мама выпила залпом и тут же, чуть покачнувшись, промычала, — Мне нужно в туалет. Можно? — добавила она, держась за мою руку.
Я одобрительно кивнул, провожая её следом. И остался потягивать свой негрони.
Пятнадцать минут спустя.
— «Где же она? Неужели она сбежала? Может, очередь? Или ей плохо?» — эти мысли носились у меня в голове.
Так или иначе, нельзя было больше сидеть и ждать. Я поставил недопитый бокал и двинулся к туалетам.
Но как проверить? Нырнул в женский, там никого не было. Повезло, что мой «маневр» никто не заметил. Однако в мужском в одной из кабинок слышалось какое—то мычание.
— Сука. — произнес я с глубокой обидой, ожидая чего угодно.
Выбив дверь, я вошел в кабинку. Там оказался тот самый парень, что приставал к матери. Она стояла с ногами на ширине плеч и что—то бормотала ему. Он с приспущенными штанами и повисшим членом напротив.
— Ты что, мудак, не видишь, что тут заняты? — огрызнулся парень, попытавшись толкнуть и выкинуть меня из туалета.
Но я сам потянул его на себя, схватившись за футболку. Ударил коленом в бок.
— Макс, нет! — послышался пьяный крик матери. Продолжавшей опираться на серую стену, исписанную поцелуями от помады и номерами телефонов.
Парень упал лицом в пол. Поднявшись, он попытался контратаковать, но от такого удара даже пенсионер бы вернулся. Повторный удар по ребрам, и парень скорчился.
— Вали нахер отсюда! — закричал я, и парень, поджав член и не успев даже застегнуть ширинку, укатился из туалета. Я же чувствовал себя Геркулесом, победил пьяного.
— Теперь ты! — грозно произнес я, обернувшись к матери. Она прижалась к стене, пытаясь стоять ровно, и смотрела на меня щенячьим взглядом.
Я стал медленно подходить к ней, в моих глазах пылал огонь ярости.
— Стоило мне только подумать, что ты исправилась...
— Пожалуйста, пойдём домой, — пропищала она, поглядывая на сумочку, которая стояла рядом с унитазом.
— Шлюха, ты лезешь на каждый член, который оказывается рядом! — вновь закричал я.
— Нет, я не хотела... Он не оставил мне выбора... Он пытался... — пьяным криком защищалась мама, схватив сумочку и прижимая её к своей промежности.
— Довольно, — произнес я и принялся расстёгивать ремень.
— М—м—м, нет, пожалуйста. — будто моля прожурчала мама, притягиваемая гравитацией на колени.
Я подошел ближе, схватил её за губы и в приоткрывшийся ротик засунул свой член. Он полностью заполонил его, мамино лицо раздулось. Красные глаза от недавних слез таращились в мой лобок.
Двигая задницей, я принялся вбивать свой член в мамину глотку, ощущая потерю ею всякого контроля. Её язык лежал на одном месте, прижимаясь ко дну ротовой полости, будто не мешая мне и давая свободно использовать её рот.
Вдоволь наигравшись, я вытащил. Мама тут же закашлялась, её сумочка упала на пол. Водя перед её глазами обслюнявленным членом, я скомандовал: — На унитаз, живо!
Она повернула голову, посмотрев на белый толчок по центру кабинки.
— Нет. Прошу. — выдавила она. Но тем не менее она медленно, но покорно поднялась, чуть не сломав каблук и совершенно забыв про сумочку.
Я же ускорил её движение, слегка толкнув, отчего мама легла поперек животом на унитаз.
Уроки верности (Главы 1 - 2)