«Сейчас я мастурбирую в дУше, и на сегодня это лучшее, что случится со мной за день» - каждый раз, кончая на Кристал, он повторял эту фразу из оскароносного фильма «American Beauty», чувствуя некую душевную близость с главным героем Лестером Бёрнемом.
Годами он копил обиду, мечтал о власти и уважении, чтобы мордой натыкать в говно всех этих сволочей, чтобы кланялись и сапог целовали...Получив за уникальную работоспособность должность начальника, Сергей Валентинович наконец‑то почувствовал себя значимым и теперь жадно ловил каждый знак уважения, каждую услугу, каждую раболепскую улыбку и запоминал насколько каждый из них соответствует.
И вот теперь, он ощущал себя настоящим победителем: вот она, живая, эффектная женщина, готова на всё ради его благосклонности. Ради этого стоило терпеть! - А ведь именно такие сучки, как она, издевались над ним, выбирая дебилов с накачанными мускулами и модными стрижками, а его — прыщавого, толстого коротышку в лучшем случае просто не замечали.
Воспоминания нахлынули волной: школьный двор, смех одноклассниц, их презрительные взгляды, когда он робко пытался заговорить; его скобка для выпрямления зубов в школьном унитазе, тусовки в старших классах, когда он стоял в углу, отдирая жвачку, прилипшую к штанам, веселя этим их, других, успешных... Да и в институте популярностью он похвастать не мог — смазливые и уверенные в себе девицы в основном относились к нему с некой жалостью, что было, даже хуже.
Сергей Валентинович откинулся на спинку кресла, шумно выдохнул и положил руку Ольге Викторовне на затылок, настойчиво направляя к своей торчащей крепким грибом-подосиновиком залупе. Его глаза блестели, на дрожащих губах играла нервная улыбка. Он наслаждался моментом. — Вот так, Ольга Викторовна, — пробормотал он. — Вижу, вы серьёзно настроены.
Она теребя рукой его потные мохнатые яйца не торопливо елозила пухлыми губами по его тугой сардельке со вздувшимися синими венами. В кабинете повисла густая, тягучая тишина, нарушаемая лишь их прерывистым дыханием, чавканьем и шорохом одежды.
Рот её был скользкий и горячий, Сергей Валентинович довольно кряхтел, откинул голову назад сжимая подлокотники кресла. - Это тебе блядь не ролики в инете смотреть, мелькнула мысль. Его грудь вздымалась, дыхание участилось. — Ты... точно знаешь своё дело, — хрипло произнёс он.
— Стараюсь, — ласково улыбнулась Ольга Викторовна, выпустив его мокрый член изо рта. — Да и просто хочу, чтобы вы остались довольны, добавила она льстиво.
— Уже доволен, — он провёл рукой по её светлым, крашеным волосам — С таким талантом у тебя есть перспективы Оленька... Ты не против, если я тебя так буду называть? – Нет конечно, ответила она, и будучи женщиной практичной, подняла взгляд и, деланно стесняясь спросила - А что с моим отчётом, сроки какие?
Сергей Валентинович усмехнулся, слегка встряхнул головой:
— Да ты забудь про него Оленька. Это дурочки пусть бумажками занимаются, а ты у меня теперь... перспективная.
Внутри у Ольги Викторовны радостно ёкнуло. Ольга Викторовна была женщиной неглупой, но работать она никогда не любила. Лучше сосать у начальника, чем горбатиться за копейки, твердо усвоила она еще в институте, получив у молодого препода пятерку по Гражданскому праву, так ни разу и не открыв учебник.
Но на госслужбе с этим у нее все, как-то не получалось. Было кому сосать большим начальникам и без нее. Она думала, что уже никогда не дождётся своего принца, и вот, когда ей стукнуло почти сорок, счастье вдруг постучало в ее двери. Есть бог на свете, красивые женщины работать не должны убежденно подумала она, обрабатывая член своего неказистого руководителя.
— Ты мне, Оленька здесь теперь будешь нужна — в другом
Кристиночка