и стойкий перегар. Но, в отличие от своего друга, он мог ходить. И таки пришёл. И таки принёс.
— Так, Шарик, ты закусывай, пока пельмешки варятся, давай по третьей. Моя благоверная знала, что у тебя жрать нечего, поэтому загрузила. Что я, зря тащил? И, кстати, на маршрутке сюда ехал. Машину же вчера под универом бросил. Рядом с твоей. А для меня маршрутка - это подвиг. С моей комплекцией не во всякие двери прохожу. Машины уже в понедельник заберём.
— Хрен там, Сова, завтра заберу. На дачу поеду. Там рабочие должны были второй этаж лить, бабло бригадиру повезу. Опять ныть будет, что не вся сумма. А я их что, рисую? "Левые" переводы кончились, сейчас всё больше Гугл - переводчиком пользуются, а официальный заработок - меньше чем у таксиста. Может, в таксисты податься, или в стриптизёры? Они тоже нехило бабло рубят.
— Особенно с твоей комплекцией. - Игорь весело заржал, - включат кондиционеры, и тебя сдует. Вот если бы ты был таким как я! 120 килограммов! Но, блин, шест не выдержит!
Теперь уже смеялись вдвоем. Контраст их внешностей был налицо, и было странно, как эти два абсолютно разных внешне человека стали близкими друзьями. Да и характеры были тоже разными. Совин, в отличие от Шарова, не глядя на свой профессорский статус, был завсегдатаем всех гулянок и корпоративов, пил и почти не пьянел, пользовался женским вниманием. Что, впрочем, его жена быстро пресекала. Да и внешне отличия были на лицо: рост Совина не превышал 172 сантиметров, но одежда меньше 64 размера на него уже не налазила - сказывались последствия сидячего образа жизни и пристрастия к вкусной еде. Короче, говорящий шар на ножках.
— Так вот, Серёга, я к чему веду. Бабло на дороге нынче не валяется. Наука в нашей стране не почитается, а дачу тебе достроить нужно. Да и мне тачку пора менять. А где взять? А я тебе ещё вчера говорил, но ты - пьянь, и всё забыл.
Сергей и в самом деле ничего не помнил о вчерашнем вечере, даже обрывки разговоров в голове не всплывали.
— Стоп, Игорёк, я реально не помню. Нифига не помню. Кстати, я там вчера ничего не начудил? Ректора случайно нахер не послал?
— Не переживай, не послал. А если бы и послал, то он хрен вспомнит. Старик выпал в осадок раньше всех. Но зато ты послал практикантку из ректората.
— Ниночку? Я послал? Это пипец. И за что?
— Так она с тобой поспорила, что ты одной рукой её бюстгалтер не расстегнёшь. А ты поспорил, что если не расстегнёшь, то покажешь всем свой хер.
— И я что, проспорил?
— Ну да, он же у Ниночки не сзади застёгивался, а на груди. Ты ей всю спину расцарапал, пока застёжку искал. А потом просто разорвал ей лифон, сказал, что она сука, и послал. Довёл ребёнка до слёз! - Игорь снова громогласно рассмеялся. - Но ты прав, ей всего 23, а уже такая шалава. Хотя, когда трезвая, прям не подходи. Кстати, ты ей очень нравишься. Только не делай вид, что она тебе безразлична.
— Слышишь, психоаналитик хренов. Нефиг в моих симпатиях копаться. Ты же не за этим приехал.
— Ну да, ну да. Ну, так вот. Начну сначала, раз ты нихрена не помнишь. Ты постоянно интересовался старинными письменами, архивом Болотовой. Есть вариант их изучить и ещё заработать. Причём нехило.
— Архивом Марии Болотовой, или другой какой-то?
— Именно Марии. Она самая.
— Так она же почти год назад умерла, а архив так никто и не нашёл.
И такое в жизни бывает.2