от воды. Он видел блестящую полоску между ягодицами, видел, как ткань шорт врезалась в щель, раздвигая губы, видел тёмный кружок ануса, почти не прикрытый задравшейся тканью.
Три шага. Два.
Он опустился на колени позади неё. Руки легли на её бёдра — Лариса вздрогнула, но не двинулась, не повернулась, не сказала ни слова. Только её пальцы сжались на стеблях розового куста.
Андрей сдёрнул её шорты вниз — одним рывком, до колен. Под ними — голая кожа, мокрая от пота и воды, широкие бёдра, круглые ягодицы, и между ними — всё, что он видел сквозь ткань, но теперь близко, совсем близко. Её щель раскрылась перед ним — тёмно-розовая, блестящая, с редкими волосками по краям. Выше — тёмная звёздочка ануса, тоже влажная, тоже манящая.
Он не стал выбирать. Член нашёл её сам — скользнул между ягодицами, ткнулся в мокрую щель, и Андрей подался вперёд.
Головка вошла в анус.
Лариса охнула — коротко, резко — и подалась назад, насаживаясь глубже. Она была раскрыта — мокрая, расслабленная, готовая. Его толстый член входил в неё, раздвигая тугое кольцо мышц, и она принимала его, подавала бёдра навстречу, стонала в землю.
— Да... — выдохнула она. — Вот так...
Андрей схватил её за бёдра — пальцы впились в мягкую плоть — и начал двигаться. Толчками, жёстко, по-собачьи, как животное, которое больше не может сдерживаться. Его член входил в её задницу до самого основания, яйца шлёпались о её мокрую щель, и с каждым толчком Лариса стонала громче, выгибала спину, подавалась назад.
Вода из забытого шланга лилась на траву. Солнце пекло им в спины. Футболка Ларисты сбилась к плечам, и её тяжёлые груди качались под ней, мокрые, с торчащими сосками. Андрей смотрел вниз — на её раскрытый зад, на свой член, входящий в неё, на тёмное кольцо мышц, обхватившее его ствол, — и не мог остановиться.
Он трахал её — жёстко, быстро, глубоко. Она стонала и подавалась навстречу, и её пальцы рвали траву, вырывали стебли, комья земли летели из-под ногтей.
— Ещё, — прошептала она. — Глубже...
И Андрей толкнулся вперёд так, что она упала на локти, зад поднялся ещё выше, и он вошёл в неё до предела.
Экстаз