Он стоял у двери в кухню в серых спортивных штанах и чёрной облегающей футболке. Видимо, только что пришёл из спортзала — волосы слегка влажные, на футболке виднелись пятна пота. Он был без носков, босиком, что делало его ещё более домашним и... опасным.
— Привет, — спокойно сказал он, глядя на меня.
— Привет... — ответила я, придерживая полотенце на груди.
Он не отходил в сторону. Просто стоял и смотрел. Его взгляд медленно спустился от моего лица к шее, к тому месту, где полотенце едва держалось, потом ниже — по бёдрам и голым ногам. Я почувствовала, как соски мгновенно затвердели под тканью.
— Долго мылась сегодня, — заметил он низким голосом. — Устала?
— Да, день тяжёлый был... — я попыталась пройти мимо, но он слегка сдвинулся, продолжая загораживать путь.
— Подожди секунду, — сказал он. — Хотел спросить... ты в последнее время как-то по-другому выглядишь. Более... уверенная, что ли. Это из-за канала?
Я замерла. Сердце заколотилось.
— Ты... про Anka4you?
— Да, — спокойно ответил он, не отводя глаз. — Я иногда захожу. У тебя там много новых подписчиков в последнее время. И фото стали смелее.
Он сделал маленький шаг ближе. Я почувствовала запах его тела — смесь геля для душа, пота после тренировки и чего-то очень мужского. Мои щёки начали гореть.
И в этот момент я увидела.
На серых спортивных штанах отчётливо проступал большой, твёрдый бугор. Его член стоял. Сильно. Ткань натянулась, обрисовывая толстый ствол и большую головку. Он даже не пытался это скрыть.
Олег Викторович заметил, куда я смотрю, но не смутился. Наоборот — слегка усмехнулся уголком губ.
— Видишь, какое действие ты на меня оказываешь? — тихо сказал он. — Стою и разговариваю с тобой, а сам уже в таком состоянии.
Я не знала, куда деть глаза. Полотенце вдруг показалось мне слишком тонким и коротким. Я инстинктивно сильнее прижала его к груди, но от этого оно только сильнее натянулось на бёдрах.
— Олег Викторович... это неправильно, — прошептала я, хотя голос предательски дрожал.
— Неправильно? — он сделал ещё один шаг. Теперь между нами было меньше полуметра. — А снимать себя голой для тысяч мужчин — правильно?
Я молчала. Сердце стучало в ушах.
Он поднял руку и очень медленно провёл пальцем по моей ключице, собирая каплю воды. Потом опустил взгляд на мою грудь.
— У тебя полотенце плохо держится, — тихо сказал он. — Может, упадёт.
Я почувствовала, как между ног стало очень горячо и влажно. Стоя почти голая перед мужем своей матери, я понимала, что ситуация выходит из-под контроля.
Олег Викторович наклонился чуть ближе и прошептал мне на ухо:
— Я могу просто посмотреть. Никто не узнает. Мама в командировке до пятницы...
Его дыхание обожгло мою кожу.
Я стояла, прижимая полотенце к груди, и чувствовала, как сильно бьётся сердце. В голове крутились тысячи мыслей, но тело уже предательски реагировало на его близость.
Я стояла в коридоре, завернутая только в белое полотенце, и не могла пошевелиться.
Олег Викторович был слишком близко. Его большое тело буквально излучало тепло и силу. Серые спортивные штаны не скрывали ничего — толстый, твёрдый бугор члена отчётливо выпирал, натягивая ткань. Я пыталась смотреть ему в глаза, но взгляд постоянно соскальзывал вниз.
Внутри меня творился настоящий хаос.
Стыд. Жгучий, обжигающий стыд. Это муж моей мамы. Человек, который уже три года живёт в нашем доме, которого я называла «Олег Викторович». А теперь я стою перед ним почти голая, с мокрыми волосами, и вижу, как сильно он на меня возбуждён.
бедненькая крошечка