Как между нами повисает тяжёлая тишина, когда мы втроём на кухне.
Однажды вечером за ужином она вдруг спросила:
— Аня, у тебя всё хорошо? Ты в последнее время какая-то... напряжённая.
Я улыбнулась как можно естественнее:
— Всё нормально, мам. Просто сессия приближается.
Она кивнула, но я видела — она не поверила до конца.
С того дня мама стала чаще наблюдать за нами. Не открыто, а исподтишка. Я ловила её взгляды, когда Олег Викторович проходил мимо меня и слегка касался моей талии «случайно». Когда он смотрел на меня через стол дольше обычного. Когда я выходила из душа в полотенце, а он стоял в коридоре.
Напряжение росло.
Однажды ночью я не могла уснуть. Было уже около двух часов. Я лежала в своей комнате и снова вспоминала тот случай в коридоре — как я стояла голая, как дрочила ему, как его горячая сперма стекала по моей груди. Возбуждение не давало покоя.
Я тихо встала, надела короткую футболку и вышла в коридор, чтобы попить воды.
И замерла.
Дверь в спальню родителей была приоткрыта. Изнутри доносились тихие звуки. Я подошла ближе и осторожно заглянула в щель.
Олег Викторович сидел на краю кровати. Мама стояла перед ним на коленях и сосала ему член. Она делала это медленно, нежно, с любовью. А он сидел, откинувшись назад, и смотрел... не на неё.
Он смотрел в сторону двери.
Смотрел прямо на меня.
Наши взгляды встретились. Я замерла, как загипнотизированная. Олег Викторович не отвёл глаз. На его лице появилась едва заметная тёмная улыбка. Он положил руку маме на голову и слегка прижал её глубже на свой член, но продолжал смотреть на меня.
Я стояла в коридоре в одной футболке, прижавшись к дверному косяку, и не могла отойти. Мои щёки горели. Между ног стало очень мокро.
Мама ничего не замечала. Она продолжала ласково сосать его, иногда поднимая взгляд на мужа. А он смотрел на меня. Это было невероятно возбуждающе и страшно одновременно.
Я медленно опустила руку и просунула её под футболку. Пальцы коснулись мокрой киски. Я начала медленно себя трогать, глядя, как мама сосёт член своему мужу, а он смотрит на меня.
Олег Викторович чуть приоткрыл рот и почти беззвучно, одними губами произнёс:
— Хорошая девочка...
Я ускорила движения пальцев. Мама продолжала сосать, ничего не подозревая. А я стояла в коридоре и мастурбировала, глядя на них.
Это было самое запретное и самое возбуждающее зрелище в моей жизни.
Я стояла в тёмном коридоре, прижавшись плечом к дверному косяку, и не могла отойти.
Дыхание было прерывистым. Пальцы правой руки уже давно были у меня между ног — медленно, но настойчиво двигались по мокрой киске. Я кусала нижнюю губу, чтобы не издать ни звука.
В спальне мама продолжала ласково и старательно сосать член Олега Викторовича. Она делала это с любовью — медленно, глубоко, иногда поднимая на него глаза. А он сидел на краю кровати, слегка откинувшись назад, одной рукой держа маму за волосы.
Но смотрел он не на неё.
Он смотрел прямо на меня.
Наши взгляды встретились уже в третий раз. Каждый раз, когда я хотела отойти, он чуть заметно качал головой — «не уходи». И я оставалась.
Мама ничего не замечала. Она была полностью поглощена тем, что делала. Тихо постанывала, обхватывала член губами, иногда вынимала его и проводила языком по всей длине. Олег Викторович тихо постанывал, но его глаза были прикованы ко мне.
Я уже не могла остановиться. Пальцы двигались быстрее. Я стояла босиком, в одной длинной футболке, которая задралась почти до талии. Мои ноги слегка дрожали. Я видела, как Олег Викторович смотрит на мои обнажённые бёдра, на то, как двигается моя рука
Любимая заместительница