прямо на лицо Ирины, ловя каждое изменение эмоций.
— Ну как, Ирочка? – прозвучал низкий, слегка хриплый голос Сергея. Он не прекращал движений. - Хорошо тебе?
Ирина только кивнула, не открывая глаз, и издала другой звук – нечто среднее между стоном и рыданием.
— Говори, – мягко, но настойчиво сказал Антон. - Нам же важно знать, что тебе нравится.
— Да... – выдохнула женщина. - Хорошо... так хорошо...
— А кто тебя лучше всех ебет? – спросил Димка дрожащим от возбуждения голосом.
— Вы... все... – прошептала Ирина, и ее рука потянулась к Диме, коснулась его предплечья. - Я не могу... выбрать... ох... вы все меня... так ебете... ох... хорошо...
— Можешь, – сказал Сергей, и его движения стали чуть быстрее, глубже. Тело Ирины вздрогнуло, и женщина вскрикнула. - Кто, Ира? Чей член тебе нравится больше?
Артем, прижавшийся к двери, почувствовал, как его собственное тело отозвалось на эту сцену предательским, яростным возбуждением. Парнишка ненавидел себя в этот момент больше, чем своих одноклассников, но его рука, будто помимо воли школьника, потянулась к ширинке джинсов. Артем расстегнул ее, потом пуговицу. Чувство стыда было всепоглощающим, но оно не могло погасить жар, разливавшийся по его животу, и тяжесть в паху. Он смотрел, как Сергей, его одноклассник, которого он считал тупым и грубым, трахал в пизду его мать. И она получала от этого удовольствие, стонала и просила еще.
Пальцы Артема нашли уже твердый и влажный от предэякулята член. Прикосновение было почти болезненным от интенсивности ощущений, и школьник замер, боясь пошевелиться, боясь выдать себя. Его дыхание стало частым и поверхностным.
Он продолжил жадно смотреть на то, как в соседней комнате трахают его мать.
— Сережа... – простонала Ирина, и это имя, сказанное таким возбужденным тоном, резануло Артема, как нож. - Сильнее... пожалуйста... Трахни меня, как шлюху! Я хочу еще кончить!
Сергей ускорился, и звук влажных хлопков стал громче и ритмичнее. Парнишка наклонился, оперся руками о матрас по бокам от женского тела, изменив угол, и Ирина закричала, а ее ноги обвились вокруг поясницы любовника.
Антон отошел от комода, подошел к кровати и сел рядом с Ириной с другой стороны, взял руку женщины и прижал ее ладонь к своей груди, к соску.
Ирина повернула к нему голову и открыла глаза. Она увидела напряженный член школьника и протянула к нему свободную руку.
— Дай... – прошептала мать Артема.
Антон вложил свой член женщине в руку, и ее пальцы сомкнулись вокруг него с уверенностью опытной любовницы. Ирина начала двигать кулаком по наряженному пенису в такт толчкам Сергея в ее письку.
Артем не мог отвести глаз от столь постыдного зрелища. Рука школьника повторяла движения его матери, сжимая и отпуская член. Стыд, ярость, унижение – все смешалось в один клубок, который только подстегивал воображение ботаника. Артем представлял, что это мамина рука скользит на его члене, что это он там, на месте Антона...
Нет. Он с некоторой брезгливостью отбросил эту мысль прочь из головы, но она настырно вернулась, еще более грязная и притягательная.
Артем ненавидел своих одноклассников еще сильнее, чем прежде, и одновременно хотел быть ими. Он хотел, чтобы это прекратилось, и при этом - чтобы никогда не кончалось.
— Сейчас кончу, – сквозь зубы произнес Сергей. Его спина покрылась легкой испариной, а мышцы напряглись, как тросы. - Куда?
— Внутрь, – быстро, почти с отчаянной ноткой выкрикнула Ирина. - Пожалуйста, кончи в меня!
Серега издал низкий стон, вогнал член во влагалище до упора, замер, и его ягодицы сжались. Парнишка протяжно выдохнул, а Ирина вскрикнула, ее тело выгнулось, и рука, ддрочившая член Антона, судорожно сжалась.
Сладкая месть