взгляд на часы три раза за одну минуту. По моему настоянию Эллен позвонила и подтвердила, что рейсы из Аризоны отправляются вовремя.
Около полудня Эллен выставила меня за дверь в спортивной одежде и велела не возвращаться, пока я не побегаю час. Я последовал ее совету и действительно почувствовал себя лучше и расслабленнее, когда вернулся домой – примерно на пятнадцать минут.
Я почувствовал себя еще лучше и расслабленнее, когда Эллен присоединилась ко мне в душе и без особых уговоров заставила меня заняться с ней любовью на нашем специальном диванчике посреди душевой. Когда мы закончили и вытерлись, мы лежали в постели, обнимая друг друга обнаженными телами.
Эллен тихо сказала: - Я рада, что она возвращается. Только благодаря ей мы сможем исцелиться. Я люблю ее. Ты любишь ее. Мы любим друг друга. Пришло время для прощения.
Через минуту я сказал: - Я согласен. Все будет по–другому, и нам придется принимать это постепенно, но пришло время двигаться дальше, оставить все это позади - Кристал и всех нас.
Эллен сказала: - Знаешь, я люблю тебя больше всех на свете... может быть, даже больше, чем свою сестру. Я люблю тебя с тех пор, как встретила тебя, и я говорила тебе это – я сказала Кристал, так что это не секрет. Но я знаю, что то, что сделает тебя счастливее и полноценнее, - это возвращение Кристал в нашу жизнь. Я хочу, чтобы ты знал, что я не чувствую себя "обязанной" делить тебя с ней – я "хочу" делить тебя с ней, потому что именно она приносит столько "нашей" радости. Сегодня вечером, если сочтешь нужным, пожалуйста, приведи ее сюда и займись с ней любовью. Она будет нуждаться в таком принятии, прощении и одобрении, как и ты.
Судя по сложным вопросам, которые задавала нам Лорен, я с трудом представлял себе любовный аспект возвращения Кристал. Я знал, что какая-то часть меня захочет овладеть ее телом в тот момент, когда она выйдет из лимузина. В то время как другая часть захочет подождать еще какое-то время, пока мы оба снова не бросимся в объятия друг друга после многих дней и часов глубоких и душеспасительных бесед. Другая часть меня хотела наказать ее, но я оставил это в прошлом. Слова Эллен помогли мне взглянуть на вещи в перспективе и расставить приоритеты. Нам нужно было посмотреть, какой будет Кристал, когда она переедет в наш дом. Возможно, она не захотела бы физического контакта с нами.
Эллен знала, что я люблю ее – по-настоящему, глубоко, безумно. Она знала, что она не была "второй" – она была одной из "первых" в моей жизни. Я поцеловал Эллен и просто прошептал ей на ухо, что люблю ее.
Мы оделись и присоединились к остальным на кухне. Никто и бровью не повел по поводу нашего долгого отсутствия и очевидного совместного времяпрепровождения. Таково было поведение нашей группы. То, что произошло, было нормальным для нашего образа жизни.
Остальные наши гости начали прибывать около 16:00.
Надя, Клэр, Эллен и Синди приготовили для всех легкий ужин "шведский стол", полагая, что в среду мы захотим подкрепиться в ожидании "Главного блюда" – индейки на День благодарения. Эллен также отметила, что большинство из нас так нервничали, что у нас почти не было аппетита. Мы принесли немного хорошего вина, но все были немного подавлены в ожидании "Большого события" – приезда Кристал. К счастью, по телевизору показывали захватывающий футбольный матч между старшими школами, и это оказалось удобным поводом для того, чтобы собраться всем вместе и поговорить.
Вскоре после четырех часов дня Эллен воспользовалась
Моя бурная молодость