Давид, стоявший перед нами, взял Лизу за затылок и прижал её лицо к паху. Она тут же открыла рот и жадно обхватила губами его головку, издав влажный, чмокающий звук. Затем он обратился ко мне:
– Твоя жена будет сосать хуй. А ты, Миша, лижи мои яйца. Нежно лижи, с любовью.
Я наклонился, чувствуя себя униженным до глубины души, но был не в силах сопротивляться. Его мошонка была волосатой и тяжёлой, она свисала между мощными бёдрами. Я приблизился, чувствуя жар, исходящий от его паха, вытянул язык и облизнул яйца. На вкус они были солёными, с привкусом пота. Рядом слышались чмокающие звуки Лизы, которая старательно работала ртом, погружая член всё глубже в глотку.
– Так хорошо, – простонал Давид, наслаждаясь ощущениями. – Офигенно. Жена сосёт, муж яйца вылизывает. Вот это я понимаю – настоящая семейная пара, кайф.
Он начал двигать бёдрами, насаживая Лизу на свой член. Каждый раз, когда он вставлял его глубоко, до самых гланд, Лиза хрипела, её глаза наливались слезами, слюни текли изо рта, но она не отстранялась. Я тем временем старался облизать его яйца как можно нежнее, стараясь доставить ему максимум удовольствия.
– Миша, – сказал Давид, вытаскивая член изо рта Лизы. – Помоги жене. Возьми мой хуй своей рукой и вставь ей в рот поглубже
Я оторвался от яиц, взял его член рукой и направил его в широко открытый рот Лизы. Она посмотрела на меня сверху вниз, её глаза были полны слёз от напряжения, но в них читалось дикое возбуждение.
– Глубже, – прохрипел Давид, держа Лизу за затылок и насаживая ее рот на свой член. – Хочу, чтобы она проглотила его целиком.
Я начал двигать рукой, одновременно помогая Лизе и мастурбируя ствол кавказцу, чувствуя, как он пульсирует под моими пальцами. Это было непостижимо: я держал чужой член, вставлял его в рот жены, и меня это безумно возбуждало. Лиза положила свою руку поверх моей, наши пальцы переплелись на его горячей плоти, и мы стали работать как единый механизм.
Он вдруг вытащил член изо рта Лизы и схватил меня за затылок. Его пальцы впились в мою голову, наши с Лизой лица оказались рядом, касаясь друг друга.
– А теперь поцелуйтесь, – приказал он, держа свой член прямо перед нашими ртами. – Поцелуйтесь как любящие муж с женой на моем хуе. Я хочу видеть это.
Я повернул голову к Лизе. Наши губы встретились, а между ними была горячая головка члена Давида. Мы целовались, наши языки переплетались, облизывая его горячую плоть. Это был самый извращенный поцелуй в моей жизни – вкус моей жены смешивался со вкусом чужого члена.
Кавказец начал быстро мастурбировать, касаясь наших губ и щёк своей головкой, размазывая по нашей коже свою смазку и нашу же слюну.
– Сейчас я кончу, – прохрипел Давид, его дыхание стало прерывистым. – Откройте рты шире! Я хочу кончить на вас обоих!
Мы разомкнули поцелуй и открыли рты для члена, словно два птенца, ждущих кормёжки.
– А-а-а-а! – с рычанием выстрелил он.
Первая струя густой, горячей спермы ударила мне прямо в язык. Вторая – Лизе на губу, заливая её подбородок. Третья – снова мне, на щеку... Я чувствовал, как вязкая солоноватая субстанция наполняет мой рот. Лиза, не дожидаясь команды, повернулась ко мне и снова прижалась своими губами к моим. Сперма перетекала изо рта в рот, мы смешивали её со слюной, делясь этим унизительным, но таким возбуждающим «десертом». Я чувствовал, как её
Женечка и Ленка. На реке.