Потрахав мамин ротик с пару минут, он поднял ее, заставив упереться руками в стенку.
— Куда хочешь? – лаская головкой члена дырочки матери спросил Сёмыч, предлагая женщине право выбора.
— Вообще без разницы, только еби уже быстрее. – протараторила мамочка, в порыве страсти подаваясь назад в надежде насадиться какой-нибудь дырочкой на ствол.
Не говоря ни слова, елда любовника скользнула в задний проход женщины, заставив ее на пару секунд скорчить лицо в болезненной гримасе, пока ствол стремительно погружался в ее глубины.
Прижавшись к ней всем телом, Сёмыч обхватил ее груди, страстно наминая их в руках, пока его болт был задвинут по самые яйца в недра похотливой жопы мамочки.
— Трахай уже. – взмолилась женщина, сама начиная насаживаться на его корень. – У меня уже мурашки по коже...
Решив не дразнить эту текущую шлюшку, руки парня с сисек опустились на ее бедра и звонкие шлепки наполнили помещение.
Наконец-то получившая свою дозу кайфа, мать старательно подмахивала любовнику, издавая восторженные возгласы удовольствия.
— Ох! Да! Еби! Долби меня в жопу! – периодически вскрикивала она, подбадривая парня, от чего лицо Сёмыча плыло в гримасе вселенского удовольствия. – Я твоя! Делай что хочешь! Аххх, бля!
Какофония секса, доносящаяся из ванной, заставили меня спустить шорты и вытащить изнывающий от желания ласки членик.
Обхватив его рукой, я принялся быстро мастурбировать, наблюдая за тем, как извивается в руках молодого любовника та шалава, что была моей матерью.
От яростного напора Сёмыча, орудовавшего в ее жопе, массивные сиськи этой давалки высоко взлетали вверх, громко ударяясь о тело, когда достигали нижней точки своего разбега, а потом все снова повторялось.
— Еби эту шалаву... - шептал я про себя, со скоростью молнии надрачивая свой писюн. – Раздолби в хлам это блядское очко...
Повернув голову, я едва не потеряв сознание. За спиной стоял отец и очень хитро улыбался. В его глазах были смешинки вместе с каким-то странным чувством возбуждения.
И вот я стою перед ним, со спущенными шортами, удерживая в руках свой стручок и тихонько нашептываю грязные похотливые словечки про мать, которую сейчас окучивает мой бывший одноклассник, жестко перфорируя ее очко.
Я не знал сколько времени он наблюдал за мной, но почувствовал, как потемнело в глазах и ему пришлось подхватить меня под руки, взволнованно посмотрев в мое бледное, как пергамент, лицо.
— Паааап... - тихонько пропищал я, перед тем как окончательно потерять сознание.
Летняя история