ладонь охватила напряжённый стержень, ухоженные пальцы начали нежно сдвигать тонкую кожицу… Он едва сдерживался, чтобы не застонать от наслаждения. Тонкая ширма являлась лишь символической преградой. Посетители кафе знали, для чего она поставлена и что здесь сейчас происходит. Аиша улыбаясь смотрела ему в глаза, придвинувшись ближе. Сейчас, когда он изольётся… всё может попасть… Нет, точно попадёт! Не потребовалось много времени, и тягучая струя вылетела, прилипая к густым курчавым волоскам. Это случилось! Настоящая зрелая женщина овладела им! Пускай и ручками, что не делало его мужчиной и не давало ему никаких прав на Аишу, но она позволила ему… так близко к влагалищу! К самому настоящему… розовому, горячему, мокрому влагалищу… Гайс заметил, как набухли её губки и внизу свисала молочная капля, и запах… Этот манящий, одурманивающий аромат наполнял его ноздри… Теперь он понимал, почему зрелые женщины ценятся настолько выше девочек!
— Аиша, - выдохнул он, увидев, что та не воспользовалась салфеткой, а натянула трусы, оставив его сперму на лобке. – Я… Я приложу все усилия…
— Не сомневаюсь в тебе, - женщина нежно уложила обмякшую штучку обратно, облизнула заляпанные пальцы и коснулась губами его щеки. – Даже не представляю, что захочешь сделать со мной, когда… буду тебе принадлежать.
— Ещё… Спросить… - едва решился спросить Гайс. – Вы говорили, ваш супруг…
Она рассмеялась, поняв, что его интересует.
— Конечно же, я позволила им предложить только ротики. Иногда сама ими пользуюсь. Их попки ты не получишь! – в её голосе появилась строгость. – Я предлагаю только себя!
Женщина вышла на улицу, и Гайс проводил взглядом огромные бёдра и округлые, мягко подрагивающие ягодицы. Он всё ещё ощущал пряный аромат влагалища, пожатие тонких пальцев и касание губ… Надо что-то придумать! Он непременно что-то придумает! Её ротик, наполненный его спермой! Её анус, зажатый между огромных ягодиц! И влагалище! Влагалище зрелой женщины, столько лет не получавшее члена! Рядом с ним появится его личный вензель! Это… Это сделает его… Владельцем! Причём, Владельцем не испуганной девочки, а самой настоящей… мамочки-любовницы!
Две беловолосые женщины, стоящие у тротуара, тоже проводили эти ягодицы взглядом раскосых глаз с почти чёрной радужкой. Никто не смог бы оценить их шикарные обнажённые фигуры и кожу насыщенно-синего цвета. Заклятие Невидимости требует слишком много усилий, особенно на людной улице, гораздо проще рассеивать внимание проходящих.
— Самый жалкий Хранитель, которого нам приходилось направлять, - брезгливо поморщилась одна из них.
— Направлять? – фыркнула вторая, затягиваясь тонкой красной пахитоской. – Он перестал развлекаться со своей сестрой! Так и не посмотрел на мать – самую похотливую Самку, какую мы смогли предоставить! Не воспользовался ни одним из своих приятелей…
— Приятелей? Потому что у него их нет! Он боится овладеть даже Прикасаемыми!
— Кем? А-а-а… Так они называют своих рабов? Надеюсь, поможет та девочка, что видела его с Милфой.
— Девочка, на которую он столько лет не обращал внимания? Мы потратили на его производство самого лучшего Самца. Даже меня впечатлил его последний выдох.
— Не напрасно. Потенциал этого Хранителя великолепен!
— Потенциал? Ха! – продолжая переговариваться, женщины медленно брели по улице, не обращая внимания на встречных, которым вдруг захотелось отклониться влево или вправо. – Он растратит его, подставляя всем свою жалкую задницу!
— Вот с этим поспорю. У него великолепная задница. Самое лучшее от матери, что ему досталось…
— Кстати, нам не пора её наказать? Я едва не излилась, слушая тогда вопли этой Самки! Какой чувственный голос!
За их спинами оставался лишь сладковатый дым пахитоски, и некоторые прохожие удивлённо оглядывались.
Нет… Ничего не придумывалось. Он сидел на занятиях, уставившись в матовый пластик,
Коленька