глаза, — С ума сойти! В вашем городе нормальных мужиков не осталось? Хотяяяяя... В твоей школе, наверно, одни пенсионеры работают... Лена помолчала, а потом неожиданно для самой себя начала рассказывать:
— Тогда в нашу школу, сразу после университета, пришёл молодой учитель географии. Высокий, широкоплечий, с такой обаятельной улыбкой... Всем сразу понравился. А мне особенно... Я тоже почувствовала, что он ко мне неравнодушен. Спустя две недели оказались в постели... Это было прекрасно, думала - наконец-то! А потом всё рухнуло. Спустя три месяца Миша внезапно уволился и уехал в неизвестном направлении. На педсовете завуч торжественно сообщила, что поступила жалоба о его "неприличном поведении" с одной из учениц. Я не поверила ни единому слову, звонила, наверное, тысячу раз, но телефон был постоянно выключен.
Девушка горько усмехнулась.
— А в конце учебного года всё всплыло. Одна мамаша, не сдержав язык, разболтала, что написала жалобу по прямому указанию завуча. Ей поставили ультиматум - или жалоба на учителя, или дочь вылетает из школы. Позже пошли слухи, что завуч таким образом сводила личные счёты. Многие вспомнили, как она буквально пылинки сдувала с Михаила - "Ой, Мишенка, у вас всё хорошо? Вы только скажите, всегда помогу..." Всё мигом изменилось после одного школьного праздника, где завуч с Михаилом вместе дежурили... С тех пор я закрылась, больше никого не подпускала...
Вика промолчала, но потом наклонилась чуть ближе, понизив голос:
— Лен... ты просто не замечаешь, что у тебя под носом такой жеребец! Молодой, горячий, внимательный... Который тебя обожает...
Лена резко подняла глаза, щёки вспыхнули ещё сильнее.
— Вика...
— Что "Вика"? — сестра пожала плечами, — Макс уже не тот стеснительный мальчик. Он стал мужчиной и, поверь мне, очень... умелым. Нежный, когда нужно, и жёсткий, когда хочется. А главное — он тебя любит.
Вика сделала паузу, давая сестре время переварить услышанное, и добавила совсем тихо, почти шёпотом:
— Я не говорю, что нужно прямо сейчас. Но подумай... Зачем искать кого-то на стороне, если дома есть тот, кто сможет тебе дать всё.
Лена молчала. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, его слышно на всю квартиру. В голове творился полный хаос - стыд, возмущение, странное, запретное возбуждение.
Вика взяла руку сестры:
— Просто подумай, Лен. Никто же не узнает. А тебе давно пора снова почувствовать себя женщиной...
По дороге домой Лена молчала, глядя в дорогу. Макс, сидевший рядом, постоянно переписывался, иногда улыбался. В голове Лены крутились совершенно неприличные картины. Она представляла, как лежит на спине, широко раздвинув ноги, а над ней нависает Макс, входит в неё глубоко, она стонет ему в ухо, вцепившись ногтями в спину. Эти мысли были такими яркими и пошлыми, что Лена краснела до корней волос и стыдливо сжимала бёдра. "Боже, что со мной не так? Это же мой сын... Мой маленький Максимка..." - жгучий стыд обжигал изнутри, но остановиться она уже не могла. Чем сильнее себя ругала, тем ярче становились фантазии.
— Вик... Мне очень стыдно это говорить, — сказала почти шёпотом, — Я, наверное, сошла с ума. Это неправильно... извращение. Но... я попробую. Скажи, что мне делать? Просто пойти к нему в комнату? Или... позвать к себе и раздвинуть ноги?
— Не делай глупостей, так ты его сразу испугаешь, - на том конце тихо засмеялась, - Он должен сам тебя захотеть...
Вика помолчала, потом продолжила уже серьёзнее:
— Сделаем вот так...
Они проговорили почти сорок минут. План, который придумала Вика, был простым и довольно коварным.
После разговора с сестрой Лена встала перед большим зеркалом, медленно распахнула халат
Игра Матуса: Лебедь