кота. Я согласился переехать к ним пожить, чтоб быть подальше от родителей, которые уже косо на меня поглядывали, видя во мне потенциального тунеядца. Я пообещал, что буду самостоятельно готовиться к поступлению в вуз, и меня отпустили с миром. Так в свои неполные девятнадцать я стал кошачьей нянькой. Ну, или нянем.
Я не только возился с котом, но и убирал в квартире, загружал бельё для стирки в машину, разогревал обед. Поначалу Юрий строил недовольную мину на лице из-за появления «чужака» в доме, но выстиранная и выглаженная одежда, ужин на столе, чистая квартира и, самое главное, отсутствие необходимости ухаживать ему самому за котом после работы быстро заставили его принять меня, как нужно.
Так прошло три месяца нашего совместного проживания. Однажды сестра сообщила мне, что отправляется в трёхдневную командировку в другой город. Впервые мы с Юрием останемся совершенно одни, и она надеется на моё попечение её любимых кота и мужа. В день её отъезда у него была какая-то важная встреча по работе, с которой он вернулся поздно и пьяный.
Я сидел в своей комнате и читал вслух учебник по геометрии. Кот лежал на диване и внимательно слушал меня, щуря свои зелёные глаза и слегка подёргивая кончиком хвоста. Да, это было похоже на сумасшествие — читать коту книги. Но тогда он молчал, думая, что с ним общаются. Когда я перешёл к теореме Пифагора, то вдруг услышал какой-то шум и сразу же вышел из комнаты.
Юрий то ли сидел, то ли возлежал на диване в прихожей. Он смущённо улыбнулся, увидев меня. Я помог ему снять обувь и проводил в спальню. Там, с моей помощью, он разделся до трусов и лёг на кровать.
Как и подобает деловому человеку, он был довольно мускулистым в свои тридцать три. Он ходил в спортзал три, а то и четыре раза в неделю. Когда мне нужно было стирать его одежду, то перед тем, как бросить её в стиральную машину, я иногда подносил его рубашку к лицу и вдыхал запах его подмышек. Он был крепким, тёплым и таким мужским. Это меня дико возбуждало. Иногда после этого я забавлялся сам с собою, надевая что-нибудь из его одежды. Но я никогда даже не допускал и мысли о том, что между нами может быть что-то большее. В конце концов, он был мужем моей сестры.
Юрий всегда следил за собой. Может, и не чрезмерно, но определенно больше, чем среднестатистический мужчина. Он каждый день брился, оставляя на лице небольшую чёрную щетину и пользовался средствами для волос и тела. Я завидовал его волосам, которые были густыми и хорошо выглядели даже без всякой косметики. Ему также определённо нравились волосы у него на теле, но всё же он посещал салоны восковой депиляции, чтобы удалить волосы на плечах и спине, а также вокруг полового члена и ануса. Я знал об этом от своей сестры, которая относилась ко мне, как к доверенному лицу и рассказывала обо всём.
— Кошак спит? – спросил Юрий, едва ворочая языком.
— Нет, — ответил я.
И вдруг он схватил меня за запястье. Его хватка была крепкой. Я слегка даже зашипел от боли и удивления. Я посмотрел на него в упор. Он широко улыбался. Но в его взгляде было нечто новое и непонятное. Что-то такое, чего я раньше не видел.
И тут до меня дошло, что мою руку он тянет к своим узким трусам. Инстинктивно я попытался вырваться, но он держал мою руку слишком крепко.
Камилла